Э.С. Кульпин-Губайдуллин. Крымские татары: уникальность трансформации этноса в XX в. E-mail


Тезисы доклада на двенадцатом международном семинаре

«Этничность и власть: коллективная память и технологии конструирования идентичности»

20-25 мая 2013 г.

В 1993-1997 гг. был осуществлен проект Института востоковедения РАН «Крымскотатарский этнос в новой природной среде и новой среде межэтнических отношений» на основе теоретических положений социоестественной истории [см. What is SNH?]. В последующие годы вплоть до настоящего времени мною и А.Р.Вяткиным (зам. рук. проекта) осуществляется мониторинг. На основании проекта и последующих исследований появилась возможность выступления с данным докладом.

Ключевые слова: социоестественная история, Исмаил Гаспринский, этнос, диаспора, вмещающий ландшафт, демографическое поколение, общественное бессознательное

Присоединение Крыма к России (1783) поставило местное население в условия изменения если не всех, то очень многих устоев жизни. Утрата государственности для коренных народов Крыма означало начало перехода из одного цивилизационного состояния в другое, провоцируя протестные настроения. Сильная имперская власть жестко подавляла активное сопротивление, но вовсе не стремилась к физическому уничтожению бунтовщиков. Не желающим жить в империи предоставлялась «гуманная» возможность добровольно покинуть родную землю. Как пишет А.А.Бенингсен, «характерной особенностью истории крымских татар … стала повальная миграция тысяч и тысяч жителей Крыма, обычно происходившая при ужасающих условиях и заканчивавшаяся значительными потерями» [Бенингсен, с. 82]. Эти потери были не только персональными, но общественными – экономическими и культурными. Многие активные и всесторонне развитые представители  народа покинули территорию ханства. Осталось население в большинстве своем политически, экономически и культурно неразвитое, географически разобщенное на три субэтноса.

История знает немного фактов, когда группа интеллектуалов брала на себя миссию возрождения национальной культуры и выполняла её, но почти нет примеров, когда миссию выполнил один человек. У крымских татар таким был Исмаил Гаспринский (1851-1914) [см. Гаспринский 2006]. Он показал, как один человек, не имеющий никаких властных полномочий, не использующий никакого насилия – ни физического, ни интеллектуального, но целенаправленно и честно действующего на благо народа способен изменить судьбу целого народа, за краткий срок своей жизни[1].

В 1920-30-е годы советская власть активно способствовала развитию национальных культур. Хотя развитие советских наций происходило на  специфической идеологической основе, тем не менее процесс, начатый Гаспринским,  продолжался. Три субэтноса – прибрежный, горный и степной – имевшие существенные различия в культуре и языке, вступили в процесс интенсивного культурного синтеза, конечным результатом которого должен был стать единый этнос. Завершение этого в целом естественного процесса должно было произойти через смену нескольких демографических поколений, получающих идентичное образование в средней школе[2].

Насильственная депортация [Вяткин 1997а, 1997б] резко изменила условия бытия. Крымские татары стали диаспорой [см. Милитарев], и, как единое целое крымскотатарский этнос образовался вследствие  катаклизма в изгнании. Процесс прошел исторически мгновенно: за срок смены двух демографических поколений. Синтез субэтносов, который в естественных условиях происходит в течение нескольких десятилетий, иногда – столетий, начался одномоментным насильственным перемешиванием представителей всех субэтносов. Произошло это в экстремальных условиях: на грани физического выживания в лагерях спецпереселенцев. В этих лагерях они были лишены не только возможности развивать национальную культуру, но основных гражданских прав.

Позднее, когда на чужбине выросли новые поколения, они оказались востребованы в индустриализации региона. Индустриализация инициировалось не внутренними процессами развития, а внешним и во многом чуждом для Азии государственным давлением наследника Российской империи – СССР. Эта востребованность отделила депортантов от местного сельского хозяйства, где они должны были контактировать с культурно близким тюркским населением, и насильственно интегрировала их в русскоязычную среду, ориентированную на государство-империю. Все это привело к утрате многих элементов национальной идентичности и, поскольку свято место пусто не бывает, замене их элементами имперской русской культуры и имперской национальной идентичности, русского бремени белого человека. Сложившийся этнос был принципиально иным, не таким, каким  бы он стал в результате естественного развития. Феномен требует специального изучения, т.к. не исключено, что из изнасилованного народа удалось создать Homo sovetikus, то, что не удалось сделать с другими народами [см. Кульпин 1997а].

После репатриации крымские татары продолжают находиться в положении диаспоры. При этом с точки зрения ментальности, культуры окружающая среда – русская диаспора в Украине (post Homo sovetikus?) не просто понятна, она – «своя», для одних – «своя» вторична, а для других – первична [см. Кульпин 1997б]. Диаспоральное положение для крымских татар не  обычно: они живут на исконно своей земле. И это положение порождает у представителей этноса, с одной стороны, ощущение неравноправности – угнетённости, униженности и оскорблённости, с другой – борьба за права пока не выходит за цивилизационные рамки [Кульпин 2007].

Выводы. Начавшийся в конце XIX - начале XX неспешный процесс консолидации трех тюркских субъэтносов полуострова ускорился в 1930-е гг., приобретя специфическое «советское» лицо. Депортация в Среднюю Азию драматически ускорила самоидентификацию и внесла в него уникальные особенности для процессов этногенеза и политогенеза.  Политическая нация, осуществившая репатриацию, встала перед проблемой восстановления (почти с нуля создания?) культурной идентичности традиционного типа, поиски формы и содержания которой осуществляются осознанно и бессознательно по разным траекториям [см. Кульпин 2012а; 2012б].

Литература

Бенингсен А.А. Исмаил бей Гаспринский (Гаспралы) и происхождение джадидского движения в России // Исмаил бей Гаспринский. Россия и Восток. Казань. Казанское книжное издательство. 1993.

Вяткин А.Р.

1997 а. Миграционные потоки и проблемы адаптации // Крымские татары: проблемы репатриации. Ред. Вяткин А.Р., Кульпин Э.С. Институт востоковедения РАН. 1997., с. 78-114.

1997 б. Среднеазиатский тупик: причины возникновения, масштабы, пути выхода. // Крымские татары: проблемы репатриации. Ред. Вяткин А.Р., Кульпин Э.С. Институт востоковедения РАН. 1997.,129-133.

Гаспринский Исмэгыйль: тарихи-документаль жыентыл / тоз. С.Рэхимов. – Казан: «Жиен», 2006. – 544 б.

Исмаил бей Гаспринский. Россия и Восток. Казань. Казанское книжное издательство. 1993.

Кульпин Э.С.

1997 а. Трансформация крымскотатарского этноса (1944-1996) // Крымские татары: проблемы репатриации. Ред. Вяткин А.Р., Кульпин Э.С. Институт востоковедения РАН. 1997., с. 38-50.

1997 б. Структурный кризис в Крыму как фон взаимодействия репатриантов и сложившихся форм расселения // Крымские татары: проблемы репатриации. Ред. Вяткин А.Р., Кульпин Э.С. Институт востоковедения РАН. 1997., с. 70-76.

2007 Крым: проблема собственности на природные ресурсы // Человек и природа: противостояние и гармония. Ред. Кульпин Э.С. М.: ИАЦ-Энергия, 2007, с. 58-60. Перепечатка: История и современность 2007 №2, с. 216-218.

2012 а. Малая нация в иноэтническом окружении на постсоветском пространстве. На примере крымских татар // Страны Востока: Социально-политические, социально-экономические, этноконфессиональные и социокультурные проблемы в контексте глобализации. Памяти А.М.Петрова. – М.: ИВ РАН, Центр стратегической конъюнктуры, 2012., с. 218-222.

2012 б. Национальные цели крымских татар // Вопросы развития Крыма. Серия «Крымское региональное сообщество: генезис, современное состояние, перспективы». Вып. 16, Симферополь: СОНАТ, 2012., с. 328-333.

Милитарев А.Ю. О содержании термина "диаспора" (к разработке дефиниции). – «Диаспоры». – М., 1999. – № 1. – С. 24–33

What is SNH? Interview with E. Kulpin, provided by I. Khaliy. // Social-Natural History. Selected lectures I-XVI schools (1992-2007). Ed. E.Kulpin (Kulpin-Gubaidullin). - M.: KomKniga. 2007. Introduction. p. 5-13.



[1] Правда, при  одном непременном условии. Он так оценивал сто лет,  прошедшие после присоединения Крыма к России: «мы усматриваем лишь одно хорошее деяние, достойное великой миссии: — это унич­тожение   рабства  там, куда проникла эта власть. И странное дело, рабство уничтожалось русскими среди азиатов в то время, когда оно процветало еще в недрах коренной Руси» [Гаспринский 1993, с. 20-21].

[2] До депортации 1944 г. был достигнут рубеж всего лишь всеобщего начального образования.

 

У вас недостаточно прав для того, чтобы оставить комментарий.

Научный баннерообмен

Координаты

Телефон: 7(495) 625-2942
7(495) 625-3694;
e-mail: info@vostokoved.ru
okpmo_ivran@mail.ru

103777, Москва
ул. Рождественка, 12
кк. 316, 319, 330, 332

Институт востоковедения РАН

Проезд: метро "Кузнецкий мост", далее пешком 3 мин. по ул. Рождественка в сторону Рождественского бульвара и Трубной площади.