М. Крупянко, Л. Арешидзе. США в Восточной Азии в начале XXI века. Трудности борьбы за сохранение позиций - Страница 2 E-mail

    Наконец,  повышенное внимание американского руководства к восточноазиатскому региону  предопределено необходимостью поддержания стабильных отношений со своим основным стратегическим союзником в этой части мира - с Японией. С одной стороны, американский ядерный  щит  и дислоцированный  в Японии американский воинский контингент служат Вашингтону гарантией того, что процесс перевооружения  страны не выйдет за рамки  дозволенного  самой Америкой. Однако, с другой, влиятельные японские политики, например, лидер оппозиции Итиро Одзава,  официально заявляют о необходимости  для Японии скорее  стать «нормальной страной», т.е. не только иметь современную сильную армию, но и начать проводить, наконец, самостоятельную внешнею политику, независимую от США. И хотя военно-политический союз между США и Японией в начале ХХ1 в. был прочнее, чем когда-либо в прошлом, Вашингтон готовиться  к тому, что времена, когда Токио полностью зависел от Америки и слепо следовал ее политической воле, по сути, заканчиваются и двусторонний союз будет превращаться в альянс равноправных партнеров. В этих условиях американские политики оказываются в двусмысленном положении. С одной стороны, после «холодной войны» и в условиях формирования однополярного мира Америка сама заинтересована  накачивать военные мускулы Японии, поощряя превращение ее в «непотопляемого авианосца США». Однако, с другой, - США вступают в острые противоречия с другими восточноазиатскими державами, которые предпочитают видеть Японию слабой в военном отношении  и зависимой от США в политическом  отношении страной. Разрешение этой сложной и противоречивой  проблемы на японском направлении является для Вашингтона  нелегкой задачей, которая  постоянно находится в поле зрения американских политиков и военных кругов. 8)
    В начале ХХ1 в. Соединенные Штаты Америки остро нуждались в активизации своей политики  по отношению к Восточной Азии. Им необходимо это для укрепления своего влияния в новой региональной системе международных отношений.  Главное для США в этой политике – сохранить здесь свое политическое и военное присутствие, укрепить  позиции для того, чтобы нейтрализовать действия  враждебных Америке  центров силы и коалиций.  Это – весьма сложная задача для американской дипломатии, ибо  после «холодной войны»  и слома биполярной системы   в странах Восточной Азии на поверхность стали вырываться   националистические страсти, настроенные враждебно к США. Поэтому Америка будет действовать по принципу «разделяй и властвуй», с одной стороны, не позволяя  ведущим игрокам объединиться  против  США в регионе, а, с другой, - искусственно создавать условия  для формирования  у них потребностей укреплять отношения не между собой, а с Америкой. Поэтому Вашингтон будет скрыто  стимулировать  дремавшие противоречия в отношениях между Кореей и Китаем ( попытки корейских властей заявлять о создании «Великой Кореи» с претензией на части китайской территории и явное отторжение этого проекта в Пекине), между Китаем и Японией (периодически организуемые Пекином миллионные антияпонские демонстрации по поводу оправдания поведения японских милитаристов в годы второй мировой войны в Китае в японских школьных учебниках по истории и сознательно ранящие  чувства китайского и корейского народов регулярные посещения японскими лидерами синтоистского храма Ясукуни, где покоится прах японских военных преступников группы А), между Кореей и Японией ( формирование потенциальной военной угрозы со стороны армии объединенной Кореи, оснащенной ядерным оружием, и готовность Японии  в ответ обзавестись собственным ядерным потенциалом), между Китаем и Россией. США готовы манипулировать всеми этими межстрановыми противоречиями с тем, чтобы действовать по принципу «разделяй и властвуй» в регионе Восточной Азии, когда одним из немногих способов сохранить здесь  свое присутствие для США остается игра на  заинтересованности  каждой из восточноазиатских держав в укреплении своих отношений с Америкой, как с  «нейтральным » арбитром и гарантом  региональной стабильности.    
    Правящие круги США  в своей восточноазиатской политике исходят из того, что опасность возникновения  крупномасштабного межгосударственного конфликта в регионе остается выше, чем в других районах мира.  В среднесрочной  перспективе до 2020 г. весьма  вероятны  конфликты на Корейском полуострове или в Тайваньском  проливе, несущие  в себе риск не только региональной, но и глобальной дестабилизации. На западных границах  Китая  также возможны  вооруженные столкновения с Тибетскими сепаратистами,  с проявлениями которых  мир уже столкнулся накануне Олимпиады 2008 в Пекине. Очевидно, что  военная конфронтация  между Китаем и  Тайванем  расстроила бы планы Пекина  получить признание  в качестве  ведущей региональной и глобальной державы, но ее возможность Вашингтоне хочет сбрасывать со счетов. Одностороннее провозглашение Тайванем  независимости может  заставить  Пекин предпринять  действия , которые он в иной ситуации предпочел бы  избежать. Однако рост военной мощи Китая, дающий ему тотальное превосходство над Тайванем, повышает вероятность военного конфликта.   
    Ведущие  игроки Восточной Азии, включая США, КНР, Японию Южную Корею и Россию,  серьезно настроены на то, чтобы избежать конфронтации, однако рост национализма и подогреваемая Америкой  гонка вооружений  способствуют  лишь усилению нестабильности  и напряженности в системе региональных международных отношений. Правда, вероятность, того, что в ближайшие 10-15 лет  конфликт  великих держав Восточной Азии перерастет в  тотальную войну между ними ниже, чем в прошлые столетия, что в значительной степени  связано с ростом их взаимозависимости  от глобальных  финансовых  и торговых связей. Однако это все же  не исключает  войну полностью. Ведь отсутствие  эффективных международных механизмов разрешения конфликтов в регионе,  рост национализма, практически, во всех ведущих  региональных державах – увеличивают риск совершить лидерами этих стран политический и стратегический просчет.
    В первом десятилетии ХХ1 в. система международных отношений на глобальном уровне  претерпевала  существенные изменения. Главной особенностью этого процесса является то, что  ослабление доминирующих позиций Соединенных Штатов только повышает их международную активность. Не позволяя усомниться  в  праве  следовать собственному видению перспектив международного развития в ХХ1 в.,  Америка пытается силовыми методами, а также методами  посула  и экономического  стимулирования добиваться восстановления и укрепления своих позиций. Действуя  в этом направлении, США прилагают  усилия  для удержания Западной Европы, Японии, России и даже КНР в режиме конструктивного диалога, всякий раз добиваясь при этом своих стратегических целей. Показательными являются договоренности по вооруженной  интервенции НАТО в 1999 г. в Косово, по агрессии  в 2003 г. в Ираке, получение согласия властей Чехии и Польши  в 2008 г. на размещение на территории их стран компонентов американской  системы ПРО.  В новой системе складывается иерархия  великих держав, руководящим звеном в  которой де-факто  остаются Соединенные Штаты Америки. Правда, их лидерство  де-юре не признается  Китаем и оспаривается  Россией, которую, например, не устраивает гипертрофированная роль  США в процессах принятия ключевых международных  решений, девальвирующая  мнения других государств,  но которая, тем не менее, очень дорожит отношениями с Америкой в рамках партнерского вектора. Провозглашая  концепцию новой внешней политики России, президент Медведев Д. в июле 2008 г., заявлял, что «наша страна будет отстаивать свои  интересы, но будет делать это без конфронтации с Америкой».  Он подчеркивал, что «мир, избавившись от «холодной войны», не может обрести равновесие. По целому ряду направлений усиливается крен в сторону силовых методов». 9)
Эти слова президента России всецело относились к политике США.  Власти США окружены  верными стратегическими союзниками в лице НАТО в Европе и Японии- в Восточной Азии. С такими партнерами Америка рассчитывает  легко преодолеть сопротивление ряда  «несогласных» с их  гегемонистской политикой государств, включая  Россию и Китай.
 Восточноазиатский  регион  представляет немалый стратегический и экономический интерес  для нашей страны. Нам важно иметь представление о том, как будет разворачиваться здесь борьба США за сохранение и укрепление  своих позиций в среднесрочной перспективе. Нам также важно знать, как Россия  могла бы  использовать трудности и противоречия этой борьбы  в своих интересах с тем, чтобы  ускорить процесс восстановления утраченных ею самой   позиций в Восточной Азии и на Тихом океане.
    
        Примечания и список использованной литературы:


1. См. , например, об этом подробнее в последней книге Джорджа Сороса «Эпоха ошибок. Мир на пороге глобального кризиса», М., 2008, с. 91-113, 172-190. На странице 26 он, в частности, пишет: «Американцы попали в руки догматических идеологов, руководимых вице-президентом Диком Чейни и министром обороны Дональдом Рамсфелдом, которые полагают, что истиной можно  успешно манипулировать  … Корнем всех зол является ложная  метафора – войны с террором. Эта война нанесла  колоссальный  урон репутации Америки в мире и создала угрозу существования в стране открытого общества… Это была ложная интерпретация действительности. Правда, при этом никто из официальных критиков Буша в Америке не подвергал сомнению, что Соединенные Штаты  являются уникальной страной по управлению системой международных отношений на глобальном и региональном уровне, и никакая  другая страна не в состоянии  в обозримом будущем занять их место. См. также:   исследование Кейгана Р., «О рае и силе. Америка  Европа в новом мировом порядке», М., 2004 и Кругмана П., Велика ложь, М., 2004. Негативной оценки работы  администрации Джорджа Буша придерживается и президент Совета  по международным отношениям США Ричрд Хаас. См. его статью: Хаас Р., Эпоха бесплолярного мира. Что последует за периодом доминирования США. в – Россия в  глобальной политике. Том 6, №4, июль-август 2008, с.34-47.


2.  The Washington Post, 16.01.2009.


3.     см. , например, об этом: Суслов Д.В. Роль США сегодня и завтра. – Россия и мир. Новая эпоха 12 лет, которые  могут все изменить. Отв. Редактор Караганов С.А. М., 2008, с.333-361. Фукуяма Ф., Новый взгляд на Азию, - Россия в глобальной политике, том 3, №1, январь- февраль 2005, с. 134-147 Болятко А.В., Дальний Восток: в поисках стратегической стабильности, М., 2003, с. 62-88. Трофименко Г.А., США: политика, война, идеология, М., 1976, Богатуров А.Д, «Стратегия переламывания» во внешней политике США – в  Богатуров А.Д., Косолапов Н.А., Хрусталев М.А, Очерки теории и политического анализа международных отношений, М, 2002, с. 356- 372.   США в системе геополитических отношений - Нартов Н.А., Нартов В.Н. , Геополитика, М. 2007, с. 329 -360,  Кризис лидерства. Конфронтационная  стабильность в регионе и ее особенности – Богатуров А.Д., Современные теории стабильности и международные отношения  России в Восточной Азии в 1970-90-е годы, М.1996, с. 56-85. Федотов В.П., Перспективы формирования систем многосторонней безопасности  в Северо-Восточной Азии -  Азиатско-Тихоокеанский регион в условиях глобализации. Под ред. Бажанова Е.П., Ли В.Ф., М. 2001 , с 67-85;  Стратегическая ситуация и основные узлы противоречий в Восточной Евразии, М.  2007 , с. 15-24.  


4. См. об этом: Китай в ХХ1 веке: глобализация интересов безопасности, под ред. Чл-корр. РАН Г.И. Чуфрина, М., 2007, с. 11-  155,   Китай в мировой и региональной политике. История и современность, Выпуск ХХ11, ИДВ РАН, М.2007, с.  145-158,  Козырев В., Хронические  конфликты и фактор Китая в АТР – Международные процессы, том 4, №3, сентябрь-декабрь 2006 – цит. по: http://www.intertrends.ru/eleventh/005.htm ;  Подъем Китая. Значение для глобальной и региональной  стабильности. М., 2007, с. 19-86,  Китай: проблемы внешней     и военной политики,  Экспресс- информация, №11, М.2006 с. 10-76,  Пэн Гуанцян, Национальная оборона Китая, Пекин, 2005 – на русском языке.

5. Рубан Л.С., Катаева Е.Г., Хегай В.К., Геостратегические интересы Российской Федерации на Дальнем Востоке, М. 2006, с. 49-86,  Лузянин С.Г., Восточная политика Владимира Путина. Возвращение России на Большой Восток 2004-2008, М., 2007, с. 314-429,  Лозанский Э., Россия между Америкой и Китаем, М., 2007, с. 5-20, 247- 251.


6. Титаренко М.Л, Корейский полуостров и его стратегическое место в решении региональных проблем сотрудничества и безопасности в Северо-Восточной Азии,  - в Россия и Корея : проблемы улучшения отношений России и государств Корейского полуострова, М., 2008, с. 6-15,  Немов, А.А.,  Корейский     фактор  во внешней политике США и обеспечение национальных интересов России в Корея: взгляд из России, М., 2007, с. 42- 49.


7.    См. об этом:  Болятко, Дальний Восток : во поисках стратегической стабильности, М., 2003, с. 120- 145;  Гл.1. Стратегическая ситуация в Восточной Евразии – в  Стратегическая ситуация и основные узлы  противоречий в Восточной Евразии, М., 2007, с.13-34.


8.    Терехов В.Ф., Политические аспекты трансформации японо-американского военно-технического сотрудничества,  Аналитические обзоры, №1, М., 2007, с. 1-22,   Такэнака Х., Сакураи Ё., Вставай, Япония !. Стратегия построения «мощного государства» -  Внешнеполитические и идеологические проблемы в странах АТР,  Экспресс-информация №3, М.2004, с. 27-74,  Асо Т., О « поясе свободы и процветания» - выступление  Министра  иностранных деля Японии по случаю  20-летия  Создания  Японского  международного  форума 12 марта 2007- http://www.ru.emb-japan.go.jp .


9.     Коммерсант, 16.07.2008.



 

У вас недостаточно прав для того, чтобы оставить комментарий.

Научный баннерообмен

Координаты

Телефон: 7(495) 625-2942
7(495) 625-3694;
e-mail: info@vostokoved.ru
okpmo_ivran@mail.ru

103777, Москва
ул. Рождественка, 12
кк. 316, 319, 330, 332

Институт востоковедения РАН

Проезд: метро "Кузнецкий мост", далее пешком 3 мин. по ул. Рождественка в сторону Рождественского бульвара и Трубной площади.