В.Ф. Урляпов. Китай и страны Центральной Азии E-mail

В последние годы наряду с Юго-Восточной Азией, традиционно являющейся одним из важнейших направлений внешней политики Китая, особое внимание КНР стало фокусироваться на субрегионе Центральной Азии (ЦА). После окончательного пограничного разграничения с Россией, Казахстаном, Киргизией, Пекин начал рассматривать постсоветское пространство, включая ЦА, как собственный геостратегический тыл. Он не позволяет реализовать угрозу геополитического «окружения», многие десятилетия довлеющего над руководством китайского государства. Между тем, такая угроза существует в свете нынешнего состояния китайско-американских и китайско-японских отношений, сближение  между США и Индией, присутствия НАТО в Афганистане.
С целью не допустить сжатия «кольца окружения» КНР первоначально пошла на создание «Шанхайской пятерки» (Китай, Россия, Казахстан, Киргизия и Таджикистан), а затем Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), к которой присоединился Узбекистан.
Основной целью ШОС было декларировано укрепление сотрудничества в вопросах безопасности, обороны, внешней политики, правоохранительной деятельности, экономики, экологии и использования водных ресурсов.
По своему характеру, как подметил А.А.Маслов, профессор РУДН, выступает как « западного типа организация в азиатском мире». С одной стороны, решения принимаются путем консенсуса, работа строится на принципах «организационного минимализма», неформальности, персональных и прямых контактов. С другой, организация имеет постоянный секретариат в Пекине, штаб-квартиру в Бишкеке, выступает с четкими заявлениями и декларациями, проводит полномасштабные антитеррористические учения. «Азиатские особенности» ШОС позволяют Китаю, пользуясь словами А.А.Маслова, «методично перетягивать эти страны (Центральной Азии – В.У.) на свою сторону, пользуясь то «экономическим пряником», то веками сформировавшейся методикой тонкого и корректного «покровительствования» правящим элитам этих государств».
Геополитические интересы определяют заинтересованность Поднебесной в стабильности правящих режимов в странах ЦА, составляющих ее северо-западный тыл. Для руководства КНР категорически неприемлемы любые «цветные» или «цветочные» революции или приход к власти сил, выступающих под зеленым знаменем ислама. Что касается последнего сюжета, то китайцы опасаются, что подобный поворот событий способен вызвать новую активизацию исламских сепаратистов в Синьцзян-Уйгурском Автономном Районе (СУАР), свыше половины населения, которого составляют тюркоязычные народы мусульманского вероисповедования.
Власти Пекина также опасаются, что среди 1 млн. уйгуров, проживающих в странах Центральной Азии, имеется достаточно значительное число прямых сторонников либо симпатизирующих делу создания независимого Восточного Туркестан. Между китайцами и властями ряда бывших советских среднеазиатских республик достигнута договоренность о взаимной экстрадиции  исламских активистов. Последний пример: выдача в середине 2006 г. узбекскими властями Хусейна Селиля, харизматичного уйгурского имама. Несмотря на канадское гражданство, в КНР он был приговорен к пожизненному заключению по обвинению в терроризме.
В Пекине однозначно реагировали на события в Андижане в мае 2005 г., по официальной версии, инспирированные радикальными исламистскими кругами из-за рубежа. По некоторым источникам, Китай якобы даже предлагал перебросить свои войска для подавления выступления. Непосредственно после андижанских событий президент Узбекистана И.Каримов вылетел в Пекин, где не только получил одобрение подавление выступления «железной рукой», но и подписал двусторонний договор о партнерских отношениях дружбы и сотрудничества. В Китае также нервно реагировали на «тюльпановую революцию», произошедшую два месяца ранее в Киргизии и приведшую к отставке президента А. Акаева.
Сохранение стабильности в сопредельном Центрально-Азиатском субрегионе рассматривается в Поднебесной не только с геополитической точки зрения, но и с позиций продвижения интересов стремительно растущей китайской экономики.
В рамках ШОС Китай выдвинул собственное видение развития организации, имея в виду, чтобы ее приоритеты делились бы поровну между антитеррористической и экономической деятельностью. Магистральное направление ее дальнейшего функционирования Пекин усматривает в формировании единого интеграционного пространства, предусматривающего либерализацию взаимной торговли, совместное развитие энергетических и транспортных коридоров. В качестве первоначального шага КНР выделила бывшим советским республикам Средней Азии долгосрочные льготные кредиты на сумму 900 млн. долл.  
Субрегион Центральной Азии представляет интерес для Китая прежде  как  источник энергоресурсов. В 2005г. потребности стремительно растущей экономики КНР в нефти оценивались в 320 млн. тонн.
КНР кровно заинтересована в диверсификации источников и артерий снабжения нефтью, природным газом и электроэнергией. До 60 процентов потребляемой китайской промышленностью нефти поступает из района Ближнего и Среднего Востока. Пекин не располагает возможностью собственными силами обеспечивать безопасность транспортных путей, пролегающих через Малаккский пролив. Китайцы опасаются, что  в случае возникновения чрезвычайных обстоятельств, например, конфликт в районе Тайваньского пролива, США смогут блокировать данные пути.
Главным образом в зависимости от собственных потребностей, а также энергетического потенциала соседей в Пекине разработан дифференцированный подход к странам Центральной Азии в данной сфере. Планируется, что к  2015 г. добыча нефти в Казахстане увеличится до 150 млн.т, природного газа – до 40 млрд.куб.м, а в Узбекистане и Туркмении – по 110 млрд. куб. м газа в каждой.
Первое место среди поставщиков энергоресурсов из ЦА  для Китая, безусловно, занимает Казахстан. В декабре 2005 г. вступил в строй первый трансграничный нефтепровод между двумя странами мощностью 10 млн. тонн. В ходе визита президента Н.Назарбаева в Пекин в конце 2006. была достигнута договоренность о строительстве его второй очереди, продленной до Каспийского побережья. По нефтепроводу будет транспортироваться нефть трех казахстанских компаний, приобретенных китайцами в 1997-2005 гг. Крупнейшая из них – PetroKazakhstan – была приобретена два года назад за 4,2 млрд. долл. Во время визита была достигнута также договоренность о сооружении газопровода в направлении Китая. Стороны согласовали механизм совместного финансирования крупных инфраструктурных и инвестиционных проектов. Общий объем совместных капиталовложений может составить сумму до 5 млрд. долл. Казахстанский фонд «Казына» совместно с китайскими компаниями прорабатывает ряд проектов в таких сферах, как металлургия, телекоммуникации, информационные технологии.    
Второй по приоритетности является Туркмения. Еще в апреле 2006 г. ныне покойный С.Ниязов и председатель КНР Ху Цзиньтао подписали генеральное соглашение о реализации к 2009 г. проекта газопровода. Согласно договоренности, в КНР в течение 30 лет будет поступать около 30 млрд. куб. м туркменского газа в год. Незамедлительно после последнего заседания глав правительств  стран-членов  ШОС в Ташкенте (ноябрь 2007 г.) китайский премьер Вэнь Цзябао поспешил в Ашгабад, где главной темой переговоров стало подтверждение новым руководством Туркмении газового соглашения. Ранее КНР предоставила Туркмении долгосрочный льготный кредит в 300 млн. долл. на строительство различных объектов. Он стал первым долгосрочным иностранным кредитом, полученным республикой за последние годы.
КНР намерена переоснастить туркменскую армию. В 2008 г. она поставит Ашгабаду военную технику, включая высокоточные системы, а также новое обмундирование. На нужды вооруженных сил Туркмении Китай был готов выделить кредит в размере 3 млн. долл.
Следующей в реестре китайских интересов следует Киргизия. Инвесторов КНР здесь привлекают гидроресурсы, в первую очередь каскад Сарыджазких и Калебаратинских  ГЭС, строительство линии электропередачи в Кашгар (СУАР), а также сооружении теплоэлектростанций, работающих на угле, реконструкция существующих ГЭС и ТЭС. Таким образом, Киргизия как один из важных поставщиков электроэнергии.
Не меньший интерес у китайцев вызывают энергетические возможности Таджикистана. В ноябре 2006 г. китайская сторона заявила о готовности участвовать в реализации проекта строительства гидроузла на реке Зеравшан.
Нефтегазовые интересы имеются у Китая и в Узбекистане, где в 2005 г. обосновалась дочерняя компания Китайской национальной корпорации по разведке и добыче нефти и газа. Появление в Узбекистане являлось частью общей стратегии китайских энергетических компаний по расширению присутствия в Центральной Азии. В ходе визита в Ташкент Ху Цзиньтао было объявлено о предоставлении Узбекистану финансового содействия в виде гранта, беспроцентного кредита в юанях и долгосрочного льготного кредита на общую сумму 350 млн. долл. Помимо договора  о партнерских отношениях между двумя странами подписано дополнительно 15 межгосударственных и межправительственных соглашений.  
Китай и в дальнейшем намерен упорно двигаться в северо-западном направлении, создавая наиболее благоприятные условия как для доступа к энергетическим и сырьевым ресурсам центроазиатского региона, так и для своей торговой экспансии. В начале апреля 2007г. в Пекине было официально объявлено о намерении построить двенадцать автомобильных дорог, ведущих из Синьцзяна в страны Центральной Азии. Предполагается, что самая протяженная из них протянется   через Центральную Азию и далее через Турцию в Европу, а другая – к границам России. Дороги эти нужны в связи с постоянным ростом торгово-экономических связей между Китаем и странами Центральной Азии. Так, например, с 2002 г. по 2005 г. торговля КНР с пятью странами субрегиона выросла на 190 процентов, с 459 млн. до *.73 млрд. долл.
Нет сомнений, что Китай рассматривает страны ЦА как достаточно емкий рынок сбыта своих товаров, главным образом невысокого потребительского качества и рассчитанных на население с низким уровнем доходов. В значительной степени на это нацеливалось предложение Пекина о создании зоны свободной торговли в рамках ШОС. Однако принятие такого предложения означало бы крах становящейся на ноги промышленности центрально-азиатской «пятерки» и по этой причине было вежливо отвергнуто. Осторожное отношение вызвало и китайское предложение о предоставлении 900-миллионного кредита, предусматривавшего, в сущности, обмен энергетического сырья ЦА на товары КНР. Нельзя не отметить, что торговая экспансия, сопровождаемая миграцией китайцев, зачастую встречает негативную реакцию населения некоторых стран субрегиона. В частности, в ходе «бескровной» революции в Бишкеке весной 2005 г. был разгромлен китайский рынок, а среди погибших половину составляли китайцы-мигранты.
Подводя некоторый итог, следует, очевидно, отметить, что лидеры стран постсоветской Центральной Азии  стремятся играть на интересах Китая и России, составляющих два полюса в ШОС. Это относится  к разыгрыванию вопроса о ценах на нефть и газ, направлениях их транспортировки, о  поставках оборудования, связанных кредитах, о вводе в строй новых добывающих мощностей. К этому, видимо, можно добавить мнение малайзийской газеты Siasah, отмечавшей, что « ШОС является «браком по расчету» между Россией и Китаем в целях утверждения собственных геополитических интересов. Однако в будущем эти интересы могут вступить в противоречие. Хотя некоторые острые моменты были устранены, открыв путь к сотрудничеству, Россию по-прежнему беспокоит растущий китайский потенциал».

 

[1] Независимая газета, 24.09.2007

[1] www.atimes.com. 16.08.2007

[1] Новая газета, июль 2005

[1] Независимая газета, 28.09.2004

[1] Независимая газета, 02.07.2007

[1] Независимая газета, 22.01.2007

[1] www.ng.ru. 28.11.2007

[1] Независимая газета, 22.01.2007

[1] IIS Newsletter, N 45, August 2007, p.15

[1] Новая газета, июль, 2005

[1] Siasah, Kuala Lumpur, 07-20.07.2006

 

 

 

У вас недостаточно прав для того, чтобы оставить комментарий.

Научный баннерообмен

Координаты

Телефон: 7(495) 625-2942
7(495) 625-3694;
e-mail: info@vostokoved.ru
okpmo_ivran@mail.ru

103777, Москва
ул. Рождественка, 12
кк. 316, 319, 330, 332

Институт востоковедения РАН

Проезд: метро "Кузнецкий мост", далее пешком 3 мин. по ул. Рождественка в сторону Рождественского бульвара и Трубной площади.