Э.С. Кульпин. О преподавании истории в техническом университете E-mail

Студент технических вузов отличается той особенностью, что, заранее выбрав вуз, подготовку к поступлению начинает в школе. Гуманитарные дисциплины его мало интересуют или не интересует вовсе. Его знания по истории нередко несистематичны, случайны, отрывочны, а практически все учебники для вузов предполагают, что студент не «чистый лист бумаги», а получивший в школе базовые знания. В то же время он уже имеет навык усвоения знаний, как это принято в естественных науках, четких, кратких, последовательно логичных. Причем логика, которую как метод познания уже при подготовке в вуз усвоила большая часть абитуриентов, иная, чем в гуманитарных дисциплинах. Это логика системного анализа: движения не от частного к целому, а от целого к частному. В первом случае целое равно сумме частей, во втором целое – больше суммы частей. Во вторую логику не «укладываются» ограничения, характерные для истории, как научной дисциплины, так и способа ее преподавания. История традиционно – описательная наука и потому в сравнении с естественными науками – она априори не системна.
Несистемность находит свое отражение, прежде всего, в том, что традиционные историки не видят, не знают, что происходит не только в далеких сферах естествознания – физике, химии, биологии и др., но нередко в близких – социологии, экономике, географии, демографии, этнографии, психологии. А рассказывать-то они должны о прошлой жизни, в которой, как и в наши дни, все было взаимосвязано.
Несистемность находит свое выражение в том, что отсутствует (не формальное, а фактическое) понимание того, что общество – часть биосферы Земли, а раз так, то для обеих подсистем есть общие принципы и закономерности. Объяснение этому нет в учебниках истории, не только в целом, тяжело воспринимаемых гуманитариями (но не «технарями»), но и в частностях, доступных для понимания любого человека. Так, ни в одном учебнике вы не найдете графиков климатических изменений, хотя изменения климата находятся в практически полной корреляции с жизнью общества. Нет и карт атропогенизации природы, теснейшим образом связанной с процессами в обществе.
Несистемность особенно ярко проявляется в том, что отсутствует понимание того, что единая информационная сеть – не специфика Интернета, который является лишь ее современной формой, но эта сеть существовала всегда, и не видеть этого – значит не понимать смысла истории. А что «видит» учебник истории почти любой страны? Только свой народ и народы-враги, в лучшем случае – немногих друзей. И тех и других, как правило, только в ближайшем окружении. Т.е. мы имеем взгляд с узких позиций политической истории. Но войны – не только кровь и насилие, победы и поражения, но и источник интенсивного переноса и восприятия информации на массовом уровне от биологии (обмен генетическим фондом), техники и технологии (обмен ноу-хау) до ментальности (обмен идеями). Конкретные перечни того, что и как, где и когда переносилось и воспринималось в результате войн вы не найдете, как и то, что торговля – это не только и не столько обмен товарами, но, прежде всего – знаниями.
Конечно, перенос информации в прошлом был специфическим, порождая не только действительные, но и ложные представления – мифы прошлых эпох. В прошлом они казались истинными, но недопустимо, когда представления людей о мире и о себе – мифы прошлого заново утверждаются в настоящем через учебную литературу.
В научной литературе по истории, переносимой в учебную, непреодолимой плотиной на пути познания является европоцентризм. Только один путь эволюции человечества достоин внимания – остальные недостойны. Цивилизации Востока – ущербны, то – «догоняющие цивилизации». Данную установку не в силах переломить даже очевидные факты. «Отсталая», средневековая, т.е. ущербная Япония после реставрации Мэйдзи за срок смены одного поколения в техническом отношении догоняет Европу. Ни одна европейская страна не имеет такого прецедента во всей своей долгой истории, а страны Востока имеют. Показательно, что модернизация происходит не по канонам европейской цивилизации, но в соответствии с положениями Конфуция и Мэнцзы, живших в середине первого тысячелетия до н.э.
Наконец, с точки зрения естественных наук, а именно они являются основными в технических университетах, наука только тогда наука, когда она способна «вытягивать шею», т.е. смотреть не только назад, в прошлое, но и вперед – в будущее. Иными словами, в истории надо особое внимание обращать на долговременные тренды.
Как же должно быть переосмыслено преподавание истории, чтобы быть в едином русле наук, которые изучают студенты технических университетов? Сложность в том, что преподавание должно опираться не только на представления, но и прямо использовать понятия, принципы и систему мышления естественных наук. Но эти принципы, представления и понятия создавались отнюдь не для нужд истории и адаптация их для нужд истории не может быть легкой и быстрой. Какие этапы видятся на этом пути?
История исследует движение, т.е. процессы. Исследует их через вехи – события и явления – характеристики процессов. Если главный объект – процессы, то необходимо не столько строгое и детальное изучение отдельных практически однотипных событий, что характерно для традиционной истории, сколько выделение общих черт однотипных событий.
Последовательный ряд однотипных событий – предмет изучения узких специалистов, но не преподавания, поскольку длина ряда не так важна, как его характеристика для понимания смысла истории. Главное – изучение неординарных, поворотных событий, бифуркаций.
Вне зависимости от длительности физического времени весомость в эволюции прямолинейного движения и изменения (повороты) этого движения одинакова. Вопросы к прошлому должны ставиться в очередности: сначала что (что именно – характеристика что) происходит (проис¬ходило), затем как (каким образом) происходит (происходило). Сначала общий взгляд на процессы и поворотные моменты, и только затем в зависимости от степени необходимости — детализация.
Традиционная история оперирует фактами. Само понятие факта подразумевает его достоверность. Факт либо есть, либо его нет. Так бывает в жизни, но не в науке. В науке вообще и в истории, в частности, есть факты, которые нам неизвестны, сведения о процессах, явлениях и событиях, достоверность которых сомнительна. Если история оперирует только фактами достоверность, которых вне сомнений, то она может быть очень бедной. Из немногих достоверных фактов не создается целостной картины прошлого. А если историки принимают ряд недостаточно достоверных сведений за истинные факты, создается не реальная, а мифологическая история. Не случайно на многих конференциях, куда историки приглашают естественников, последние говорят недвусмысленно: «история – не наука, это – литература». Как же опровергнуть такое утверждение? Следовать логике естественных наук.
Отдельный факт может быть сомнителен. В естественных науках возможность его использования появляется лишь с проверкой. Иными словами, в естественных науках любой факт нуждается в комментариях, т.е. в согласовании с другими фактами. Традиционная история, как правило, или преимущественно основана на письменных нарративных источниках. Они создаются людьми и с определенными интересами и целями. Что-то в этих свидетельствах прошлого замалчивается, что-то выдумывается, а главное – дается субъективная значимость событий. Поэтому, когда такие источники редки и их нельзя перепроверить другими, их можно использовать лишь как иллюстрации к фактам, полученным иным путем, достоверность которых вне сомнений. Если нет фактов в нарративных источниках, они могут быть получены иначе, традиционно – как результат археологических раскопок, менее традиционно – использованием данных истории природы (биоты, климата, геологии и др.) и, что особенно важно, истории науки. История науки должна быть составной частью той истории, которая преподается в технических вузах. Она не должна быть специально выделена, а органично встроена в общее течение исторических процессов, как это и было в реальной жизни прошлого.
Доступно ли нам полное представление о прошлой жизни? Далеко не всегда. Даже о процессах того времени, в котором мы живем, у нас нет полного представления. Во второй половине XX века никто (!) не ожидал распада биполярного мира, распада СССР. Если нет полного представления о чем-либо, его можно реконструировать, полностью отдавая себе отчет в том, что реконструкция – не четкое отражение действительности, а наше представление о нем. В понятиях естественных наук – модель.
Познавая прошлое, мы строим модели, не более того. На это положение мне хотелось бы обратить особое внимание. Желательно, чтобы наши модели, версии исторических процессов как можно больше приближались к действительности. Ни один историк, если он осознает приблизительность знаний и честен, не станет утверждать, что владеет истиной в последней инстанции. Он обязан говорить, что может дать только то представление, которое сейчас, в данное время признается специалистами наиболее отвечающим действительности. Но завтра это представление будет иным. И остается только надеяться, что в главном оно останется неизменным, будет другим в деталях. Честность – моральная категория, но именно она будет способствовать восприятию истории, как науки, а не литературы.
Особое внимание должно быть уделено иллюстративному материалу, информативность которого немногим уступает текстуальному. Здесь, по моему убеждению, пальма первенства должна принадлежать архитектуре, экстерьерам и интерьерам, архитектурным реконструкциям и тому, что сохранилось в неизменном виде до наших дней .

***
В заключении несколько слов об учебном пособии «История Отечества. VIII-XVIII вв.» (М.: МФТИ, 2009. – 251 с.), написанном мною для студентов Московского физико-технического института. При его написании я исходил из пагубности революционных изменений, из необходимости медленных и острожных преобразований и в Предисловии написал следующее:
Объем обязательных знаний по истории для гуманитария и естественника не может быть одинаковым. Девизом учебного пособия по истории для естественника должно быть триединство – краткость, доступность, привычность.
Краткость. Для человека, интерес которого сосредоточен на естественных науках, детальное изложение гуманитарных дисциплин не обязательно, чем более лаконично написано пособие, тем лучше.
Доступность. Школьник, готовящийся стать «технарем», нередко уделял свое время истории по остаточному принципу. База знаний оттого у него узкая, а усвоенная интерпретация их, связанная с «перекройкой» общей истории недавних сограждан по СССР, а ныне жителей независимых государств, нередко весьма разнообразна и специфична. Отсюда задача пособия – дать знания от «нуля» и с максимальной комплексностью, энциклопедичностью.
Привычность. Пройти между Сциллой краткости и Харибдой комплексности легче всего тогда, когда язык изложения привычен. Современный язык естественников основан на общей теории систем и синергетике, поэтому понятийный аппарат пособия должен быть адаптирован к понятиям теории систем.
Отличительной особенностью данного пособия является деление каждой темы в «прокрустово ложе» из пяти элементов. Сведения, распределенные по пяти разделам, по содержанию не являются новыми для современных учебников по истории. Они отличаются не по трактовке фактов, а по форме их системного интегрирования. Четыре раздела каждой темы не обойдены в учебной литературе. Так, первый раздел (Человек и власть) – традиционен для любого исторического курса. Второй (Человек и природа), содержащий изложение эволюции природы и хозяйства (демографии, экономики, технологии основного хозяйственного процесса), освещается в большей части учебников. Четвертый (Самоидентификация этноса – мифы прошлого) традиционно посвящен представлениям людей прошедших эпох о мире и себе. Пятый (Глядя из будущего – мифы наших дней) – затрагивает современное представление о прошлом.
Принципиальным отличием от подавляющего большинства традиционных учебников по истории практически всех времен и народов является третий раздел – «Современники – страны и народы». Тот факт, что Мир-система – явление отнюдь не современности, но реальность с возникновения древнейших мировых цивилизаций, в учебниках истории еще не нашел своего отражения. Жизнь окружающего мира историки, сфокусированные на своем народе или стране, как правило, игнорируют. Если и пишется о соседях, то ближайших, изредка и не системно, игнорируя неизменное функционирование единой информационной сети, которая для Старого света существует с доисторических времен.
Данное учебное пособие выполнено в соответствии с традициями русской исторической науки и положениями социоестественной истории – истории одновременно людей и природы. Помимо необходимого минимума исторических фактов читатель получит подтверждение тех представлений, которые известны ему на уровне обыденного сознания. А именно, то,
– что природа – не фон, не задник сцены мировой истории, а его участник, активность которого возрастает по мере процесса антропогенизации,
– что любой народ существует не в изоляции от других, но всегда в общей не только экономической, но информационной сети, плотность которой при неизбежных флуктуациях со временем возрастает,
– что мифологическое мышление свойственно не только людям прошлого, но и наших дней.


Приложение.
История Отечества. VIII-XVIII вв.» М.: МФТИ, 2009. – 251 с.

Введение

Русь языческая. VIIIXI века

Человек и власть. Киевская Русь

Народы-жители Восточной Европы. Торговый путь «из варяг в греки». Русские города. Городское самоуправление. Образование Киевской Руси. Крещение Руси.

Человек и природа. Колонизация лесостепи

Ландшафт. Климат. Славяне – люди рек. Половцы в Южнорусских степях. Динамика градостроительства. Уровень и качество жизни.

Современники страны и народы. Византия

Византия: от темного времени к золотому веку. Западная Европа: от веков неистовства к феодальному упорядочению.

Самоидентификация. Консолидация элиты и народа

Консолидация элиты и народа. Путь к Богу.

Последний штрих: «Глядя из будущего»

Цивилизационный выбор.

 

Домонгольская Русь. XIXIII века

Человек и власть. Княжеская междоусобица

Престолонаследие. Ярослав Мудрый. Эпоха междоусобиц. В.О. Ключевский о власти и народе в Киевской Руси. Разнонаправленность процессов в Западной и Восточной Европе.

Человек и природа. Колонизация ополья

Лесостепь и ополье. Половцы в Южнорусских степях. Миграции славян в XIXII вв. Колонизация ополья. Два типа колонизации  крестьянская и княжеская.

Современники  страны и народы. Византия и Западная Европа

Великая распашка. Народные монашеские ордена. Экономический и культурный подъем Западной Европы. Средневековая «картина мира».

Самоидентификация. Пробуждение этнического самосознания

Летописание. Христианская семья. Прекращение перераспределения земель. Путь к Богу. «Слово о полку Игореве» как отражение этнического самосознания.

Последний штрих: «Глядя из будущего».  Церковь и общество

Причины разнонаправленности процессов в Западной и Восточной Европе. Церковь и общество.

 

Монгольское нашествие. XIII век

Человек и власть. Монгольское нашествие

Нашествие. Гунны и монголы. Прекращение междоусобицы. Александр Невский и Даниил Галицкий. Русь после нашествия. Давление Запада. Имперский порядок. Монголы, тюрки, русские в монгольской империи. Независимость Улуса Джучи – Золотая Орда.

Человек и природа.  Вмещающий ландшафт Улуса Джучи

Временное ослабление княжеской власти и бегство крестьян в леса. Вмещающий ландшафт Улуса Джучи. Географический центр Улуса.

Современники страны и народы. Отблеск китайской цивилизации

Взятие Константинополя крестоносцами и упадок Византии. Монголы и великая китайская цивилизация. Установление единого информационного поля Старого света. «Открытие» Дальнего Востока. Юаньский Китай. Отблеск великой китайской цивилизации.

Самоидентификация масс и власти

Восточная Европа перед цивилизационным выбором: славяно-тюркский суперэтнос против Pax Romana Западной Европы. Русская политическая элита как реальный распорядитель внутренней жизни Руси. Веротерпимость.

Последний штрих: «Глядя из будущего». Мифы о нашествии

Мифы нашествия. Военная организация завоевателей. Непонятые явления. О нецивилизованности монголов. Кочевники и земледельцы. Критерии устойчивости государства. Укрепление власти князей.

 

Русь в вассальной зависимости от Орды

Человек и власть. Орда и Русь

Крушение великой империи. От унификации к разнообразию. Деформация имперской вертикали власти. Русь в вассальной зависимости от Орды. Переход кочевой знати к полуоседлому образу жизни. Полиэтничные степные города. Русские города. Степной полис и лесная хора. Исламизация Орды и ее последствия. Православная церковь.

Человек и природа. Великая русская распашка

Расширение степного вмещающего ландшафта. Великая русская распашка. Сокращение жизненного пространства лесного субэтноса. Возникновение непрерывности поселенческого пространства. Сложение  единого русского этноса.

Современники страны и народы. Экспансия Литвы

Самоидентификация этноса. Христианизация в пространствах

и душах

Пришлые люди. Тарханная неприкосновенность. Христианизация масс.

Последний штрих: «Глядя из будущего». Феномен татаро-монгольского ига

 

Упадок Орды и Возвышение Москвы

Человек и власть. Распад Золотой Орды

Великая Замятня ордынская смута. Победы русских над татарами на Воже и Куликовом поле. Распад Золотой Орды.

Человек и природа. Антропогенизация ландшафта

Расширенное демографическое воспроизводство. Преобладание хозяйственно освоенной территорией над неосвоенной. Укрупнение селений и появление безземельных крестьян. «Отмирание» подсечно-огневого земледелия. Механизм процесса сплошного заселения территории.

Современники страны и народы. Великое княжество Литовское

Обрусение литовской знати. Переход литовской знати в католичество. Превращение Великого княжества Литовского в полиэтничное и поликонфессиональное государство.

Самоидентификация. Следствия Великой распашки 

Последний штрих: «Глядя из будущего». Две Руси

Смещение «точки сборки» суперэтноса на север. «Хождение за три моря Афанасия Никитина». Две Руси. 

 

Иван III. Рождение Московского государства

Человек и власть. Возникновение Московского государства

Первый Государь всея Руси. Завершение процесса собирания восточных русских земель. Распад Золотой Орды и включение в состав Руси Казанского ханства и Сибири. Установление княжеской власти над жителями лесов. Возникновение и развитие государственного аппарата Московии. Испомещивание как форма оплаты труда «чиновников». Земля – собственность государства. Власть и церковь.

Человек и природа. Завершение Великой русской распашки

Завершение Великой русской распашки. Судебник свидетельство дефицита земли. Ответ общества технология интенсивного пашенного земледелия.

Современники – страны и народы. Европа в России

Гибель Византии. Итальянское Возрождение. Софья Палеолог. Выход России на европейскую политическую сцену.

Самоидентификация. Борьба иосифлян и нестяжателей

Монастыри западноевропейские и русские. Консолидация русского этноса. Борьба иосифлян и нестяжателей. Стремление Ивана III экспроприировать церковную собственность. Нил Сорский и Иосиф Волоцкий. Церковный собор 1503 года.

Последний штрих: «Глядя из будущего». Цена власти

Цена власти. Социальная миссия религии. Цена труда.

 

социально-экологический кризис. XVI век

Человек и власть. Становление самодержавия

Иван Васильевич Грозный (1533–1547–1584). Венчание на царство и реформы. Завоевание Поволжья. Начало Ливонской войны. Новый институт принятия решений – собор.  Опричнина и репрессии. Усиление гнета и масштаба репрессий. Перемирие с Польшей и Швецией. Завоевание Сибири. Царь Федор Иоаннович (1584-1598).

Человек и природа. «Обилие болот и озер»

Общая динамика социально-экологического кризиса. Причины экологической катастрофы. Истощение земли и массовое оставление ее в перелог. Быть или не быть народу и государству? Неустойчивость земледелия в Поволжье и гарантированность в Прибалтике. Опричнина внутреннее перераспределение земельных ресурсов. Эпицентр Малого ледникового периода.

Современники страны и народы. Великое княжество Литовское – восточная окраина Западной Европы.

Принципиальные изменения в жизни Западной Европы. Университет и магдебургское право в городах Великого княжества Литовского. Полонизация элиты ВКЛ и установление атмосферы веротерпимости.  Административная, судебная и аграрная реформы ВКЛ.

Самоидентификация. Москва – Третий Рим

Москва – Третий Рим. Специфика завоевания Казанского ханства. Русские в Великом княжестве Литовском. Ливонская война в судьбе русского народа.

Последний штрих: «Глядя из будущего». Иного не дано

Бессилие личности. Виртуальный социальный договор. Фонд заработной платы. Неизбежность пространственного расширения. Выбор устойчивого развития.

 

Смута и восстановление государства

Человек и власть. От хаоса смуты к порядку самодержавия

Борис Годунов (15981606). Лжедмитрий  I (1606). Безгосударственность. Государь всея Руси Владислав Жигимонтович (16101612). Царь Михаил Романов (16131645). Царь Алексей Михайлович (16451676). Медные бунты. Упадок крестьянского земледелия в центральных областях.  Становления крепостной системы. Восстание Стеньки Разина. Церковный раскол. Необходимость в специалистах из Европы. Немецкая слобода. Царь Федор Алексеевич (16761682). Правление царевны Софьи (16821689).

Человек и природа. В поисках Беловодья

Начало процесса выхода из экологического кризиса. Поиск Беловодья «земли обетованной».

Современники – страны и народы. Польша и Швеция – окна России в Европу

Речь Посполитая экономический сырьевой придаток Западной Европы. Войны – канал массовой информации.

Самоидентификация. Государство – главная ценность.

Горожане – единственная саморганизованная часть общества в годы смуты. Общество для государства, а не государство для общества.  Замирание земской жизни. Лишение общества потенций интенсивного развития и необходимость государственного регулирования общественных отношений. Казачество – система самоорганизации воинского братства.  Казаки – бандиты и пограничники. Казаки – выразители чаяний народа.

Последний штрих: «Глядя из будущего». Утрата элитой чести, а народа – надежд

Утрата элитой чести, народа - надежд. Сибирь – не сбывшаяся мечта иной  жизни.

 

Дворянско-помещичье государство в XVIII веке

Человек и власть. Приватизация государства дворянством

Политические события  после смерти Петра  Великого до правления Екатерины II. Просветительская деятельность Екатерины II (1762–1796). «Жалованная грамота» и «Наказ». Две войны с Турцией и три раздела Польши. Утверждение полиэтничного и поликонфессионального государства.  Положение дворянства после завершения  реформ Петра I. Борьба дворянства за сокращение обязанностей и  расширение своих прав, за сужение прав остальных слоев населения.  Нарушение смысла всеобщего служения – основы неформального социального договора. Приватизация государства дворянством. Восстание Пугачева. Два антагонистических социальных организма в одной стране, одном времени, одном вмещающем ландшафте. Изменения крестьянской жизни в XVIII–начале XIX в. Павел и его попытки утвердить самодержавие и ограничить власть дворянства (1796–1801).

Человек и природа. Освоение новых природных ландшафтов 

Богатство новых природных ландшафтов. Эмиграция адыгов и крымских татар.   Заселение Кубани и Крыма. Начало земледельческого освоения южнорусских степей.

Современники страны и народы. Великая французская революция

Культурная европеизация дворянства. Великая французская революция и ее влияние на эволюцию русского дворянства. 

Самоидентификация. Два субэтноса

Два русских субэтноса: дворянство и крестьянство. Главный экономический водораздел разницы жизни проходит по линии собственности. Крепостничество и коррупция как норма жизни русского дворянина. Крепостное крестьянство.

Последний штрих: «Глядя из будущего». Многообразие жизни

Новые русские – жители Западной Европы.



[1] Подбор иллюстраций требует чрезвычайной проверки. Приведу пример из своей жизни. До поездки в Грецию я, как и многие, был убежден, что Кносский дворец действительно был таким, каким мы его знаем со школы по иллюстрациям и описаниям. Лишь на Крите узнал, что реконструкция помещений, фресок основана не столько на действительных данных археологии, сколько на осмыслении их Эвансом. Кносс наших представлений  это модель, созданная Эвансом. Лепорелло в пушкинском «Дон Гуане» был убежден, что если его хозяин увидит только “маленькую пятку”, воображение дорисует ему весь облик доны Анны. Так, в самом прямом смысле слова, были, к примеру, дорисованы многие фрески Кносса. То, что нынешний Кносс — лишь модель, созданная воображением ученого, удалось доказать итальянским археологам, работающим там последние два десятилетия. Пусть ученый гениален, его представления, это его представления, а не действительность. Чтобы не превращать в сознании людей миф в реальность, при раскопках расположенного рядом с Кноссом Феста археологами на подобные реконструкции наложено вето.

 

 

 
Научный баннерообмен

Координаты

Телефон: 7(495) 625-2942
7(495) 625-3694;
e-mail: info@vostokoved.ru
okpmo_ivran@mail.ru

103777, Москва
ул. Рождественка, 12
кк. 316, 319, 330, 332

Институт востоковедения РАН

Проезд: метро "Кузнецкий мост", далее пешком 3 мин. по ул. Рождественка в сторону Рождественского бульвара и Трубной площади.