Надиров Ш.Г. "Казахстан: контуры отношений с Россией". E-mail

В декабре 1991 года па карте мира появилось повое суверенное государство — Республика Казахстан. Это явилось следствием внезапного распада Советского Союза.
Казахстан не был готов к такому повороту в его жизни. Однако «семена упали не па безжизненную почву»: в кругах казахской интеллигенции, тесно связанных с властными структурами республики и оказывавших свое влияние па их политическую деятельность, были широко распространены настроения в пользу радикальных перемен в общественной и экономической жизни. Эти настроения особенно усилились после декабрьской трагедии 1986 года в Алма-Ате. В те памятные дни массовая демонстрация казахской студенческой молодежи против диктата Москвы (поводом послужила отставка Д. Кунаева с поста первого партийного лидера н назначение на его место посланца Центра Г. Колбпна), принявшая по вине высших руководителей страны форму столкновения между казахами и русскими, а также последовавшая за этим жестокая расправа с ее участниками с большой остротой поставили вопросы:
почему казахи на своей родной земле оказались численно в меньшинстве и в положении «бедных родственников» (в 1897 году они составляли 81,7 процента населения края, в 1926 году ---58,5 процента, к 1970 году — всего 32,6 процента и лишь в последующие годы начинается медленный рост их удельного веса)?
в силу каких причин размываются национальные черты п свойства казахского парода, обесценивается его национальная культура? (Одним из наиболее тревожных последствий этого стал, в частности, такой факт: значительная часть казахов слабо или вовсе не владеют родным языком).

Эти вопросы возникли, собственно, не вдруг, а давно. Но если о них раньше можно было говорить лишь в кулуарах, то во времена горбачевской «перестройки» они стали предметом серьезных и: открытых дискуссий. Ответы же, основанные большей частью на засекреченных ранее официальных материалах, оказались ошеломляющими. Было установлено, что в 1929—33 годах в ре­зультате насильственной коллективизации хозяйств казахских скотоводов, проводившейся преступными методами и вызвавшей массовый голод, погибли от 1 млн. 750 тыс. до 2 млн. 200 тыс. человек; 1 млн. 30 тыс. человек были вынуждены в годы голода покинуть родные места и перебраться в другие страны, из них 616 тыс. — безвозвратно (Китай, Афганистан, Турция и др.); сталинские репрессии 30-х годов вырубили цвет нации — почти всю интеллигенцию   («Казахстанская правда»,  17.12.96 г.).
В послевоенный период в связи с освоением целинных земель и бурным развитием промышленности (главным образом горнодобывающих отраслей, а также предприятий военно-промышленного комплекса (преимущественно из центральных районов России направлялись в Казахстан на постоянное местожительство миллионы тружеников. В республику в разное время были де­портированы немцы, поляки, корейцы, чеценцы, балкары, карачаевцы и др. В результате соотношение численности представителей различных пародов на территории республики менялось существенно, причем доля казахов неуклонно сокращалась.
Удручающее впечатление на общественность произвели обнародованные материалы о плачевном состоянии природной среды. Трагические последствия усыхания Аральского моря, сооружения и широкомасштабного использования Семипалатинского ядерного п других многочисленных военных полигонов, превращение территории республики в гигантскую площадку массовых экологически вредных производств, исчезновение с лица земли десятков чудесных озер в районах освоения целины и многое другое — все это не могло не вызвать глубокую тревогу населения за настоящее и будущее родной земли.
Главным источником указанных бед, как и многих других, выпавших на долю казахского народа в годы советской власти, была признана тоталитарная система. Поскольку ее основу составляли КПСС п «социализм в советском исполнении», то они были подвергнуты жесткой критике, решительно отвергнуты их идеологические схемы и опыт переустройства общественной жизни как не отвечающие коренным интересам казахского народа, а также в целом многонациональной республики (в последнее время в выступлениях руководящих деятелей и на страницах прессы стали делать оговорку, что в советский период истории страны не все было плохо, что имели место и определенные положительные достижения; но общая негативная оценка эпохи господства тоталитарной системы па просторах бывшего Советского Союза сохраняется).
В этой переломной в жизни суверенного Казахстана ситуации вектор его социально-экономического развития был изменен круто
и очень скоро. Уже в мае 1992 года президент республики Н. Назарбаев, ставший к тому времени ее признанным лидером, в своей программной статье «Стратегия становления и развития Казахстана как суверенного государства» писал: «Да, мы отказались от строительства «светлого будущего» по туманным и мало кому понятным проектам марксизма-ленинизма» («Казахстанская правда», 16.05.92 г.). Перед страной были выдвинуты задачи: строить демократическое, правовое общество, создавать социально ориентированный рынок, укреплять независимость государства. Конечной целью развития страны провозглашен «цивилизованный капитализм».
В Казахстане постепенно и все более уверенно утверждается взгляд: обретенная им независимость — это не «подарок судьбы», не «божий дар, свалившийся с неба», как нередко пишут иные авторы, а порождение глубинных процессов общественного развития. В публичных выступлениях и публикациях политических деятелей и ученых-обществоведов, главным образом выходцев из коренной национальности, делается акцент на широком показе длительной и упорной, часто кровопролитной борьбы, которую вел казахский народ на протяжении веков за независимость. Мно­гие выдающиеся правители (ханы и султаны), полководцы (батыри), поэты и сказители (акыны и жыршы). просвещенные служители культа и администрации (бии) как в далеком, так и в относительно недавнем прошлом в истории парода, по свидетельству источников, решающее условие благополучия страны, выживания и развития самого этноса и его культуры, а также сохранения обширной п богатой природными ресурсами родной земли видели в обеспечении независимости. Она составляла цель и смысл всей политической деятельности Абылая, великого хана Казахского государства в XVIII веке, легендарного Кепесарыхана, отдавшего свою жизнь за нее в XIX веке, замечательного представителя зарождавшейся национальной интеллигенции Букейханова и его соратников в нынешнем столетии, физически уничтоженных в годы сталинских репрессий. И выпавшая на долю Казахстана в начале последнего десятилетия XX столетия возможность стать суверенным государством его нынешними лидерами и учеными-обществоведами связывается таким образом не только с распадом Советского Союза, что явилось, несомненно, главной причиной, но и с длительной борьбой казахов за независимость в минувшие эпохи, нараставшим недовольством по поводу ущербного положения нации в «братской семье народов» в советское время, которое нашло свое концентрированное выражение в трагических событиях 1986 года в Алма-Ате. Решимость и стремление основной массы нынешнего поколения казахов возродить утраченную более двухсот лет тому назад государственность своей страны трактуются в официальных кругах как прямое продолжение этой борьбы.
Политическое руководство республики постоянно подчеркивает, что обретенная, по пока еще хрупкая независимость является главным достижением и главной ценностью народа; ее необходимо всемерно оберегать, подчинив этому вес другие интересы страны. В этих целях, считает оно, чрезвычайно важно обеспечить укрепление се международного положения.
Казахстан вышел на внешнеполитическую арену как миролюбивое государство. Его крупными политическими акциями явились полный отказ от имевшегося в республике мощного арсенала ядерного оружия и закрытие Семипалатинского полигона ядерных испытаний, что вызвало к нему доверие и симпатии в мире. За очень короткое время Республика Казахстан получила широкое международное признание (по состоянию на декабрь 1996 года ее признали 117 государств), установила дипломатические отношения со 106 странами, принята в качестве полноправного члена в ООН, МВФ и ряд других авторитетных организаций. Ее внешнеполитическую деятельность, начавшуюся практически с нуля — в СССР эта сфера была прерогативой Москвы, — отличает высокая активность, пели которой определены достаточно четко: добиваться утверждения Казахстана в мировом сообществе как независимого государства, обеспечивая его безопасность и территориальную целостность; расширять связи с внешним миром, добиваясь, прежде всего, мощного притока инвестиций и кредитов в экономику, что призвано содействовать превращению страны в ближайшем будущем в крупного экспортера нефти и газа, ее выходу к теплым морям и приобщению к мировому рынку.
Алма-Ата в соответствии с этими целями провозгласила многовекторную и прагматичную политику. Она стремится развивать связи и сотрудничество как со странами Запада, так и Востока. По вполне понятным причинам отношения в рамках Содружества независимых государств (СНГ) рассматриваются как приоритетные. Однако сложные и противоречивые процессы в этих странах, усугубляемые нередко амбициозными политическими играми лидеров некоторых из них, не благоприятствуют успешному развитию эффективного сотрудничества между ними. В этой ситуации Казахстан пытается развивать сотрудничество со странами СНГ на двусторонней основе.
Казахстанское правительство наиболее важным направлением своей внешней политики провозгласило укрепление дружественных и добрососедских отношений с Российской Федерацией. Этот кУрс, как показывают данные социологических исследований, выражает интересы и настроения абсолютного большинства населения страны. Он зафиксирован в ряде ее   основополагающих   государственных документов.
Российское руководство также декларировало свою заинтересованность в развитии дружественных отношений с Казахстаном. В мае 1992 года был подписан Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи между Российской Федерацией и Республикой Казахстан. Этот фундаментальный документ, выдержанный в духе высоких норм международного права, четко определил принципы, на которых должны основываться российско-казахстанские отношения. Это принципы: «взаимного уважения государственного суверенитета и территориальной целостности, мирного урегулирования споров и неприменения силы или угрозы силой, включая экономические и иные способы давления, равноправия и невмешательства во внутренние дела, соблюдения прав человека и основных свобод, добросовестного выполнения обязательств» («Казахстанско-росснйскпе отношения. 1991 —1995 годы. Сборник документов». Алматы — Москва. 1995. С. 88).
В последующие годы был подписан также ряд соглашений по вопросам экономического, культурного и военного сотрудничества; периодически проводятся двусторонние встречи на уровне президентов, глав парламентов и правительств двух государств; с обеих сторон постоянно подтверждается намерение развивать деловые контакты по линии министерств и ведомств, восстановить разорванные пли сведенные до минимального уровня связи между отраслями народного хозяйства, предприятиями и объединениями, а также в сфере культуры, координировать деятельность двух стран па международной арене и в укреплении их обороноспособности. Эти соглашения и намерения создают широкую правовую и политическую основу для развития дружественных отношений.
Главным звеном в казахстанско-российских отношениях являются экономические связи. Причем в них преобладает торговля. О ее удельном весе в целом во внешней торговле Казахстана могут дать представление следующие данные. В 1996 году объем внешнеторгового оборота республики составил 11,7 млрд. долларов США (при 10,6 млрд. долларов в 1995 году), в том числе экспорт — 5,7 млрд. долларов, импорт — 6 млрд. долларов. В экспорте Казахстана доля России составила 45,8 ироц. (для сравнения укажем: Украины — 3,7 проц., Узбекистана — 3,3 прок., Нидерландов — 5,7 проц., Швейцарии — 3,5 проц., Великобритании — 3,4 проц., Китая — 7,5 проц.). Структура казахстанского экспорта, как и прежде, имеет сырьевую направленность (нефть, черный и цветные металлы, зерно и т. д.). Доля же России в казахстанском импорте составила 56,1 проц. (это в основном нефть, транспортные средства, оборудование для промышленных предприятий, товары народного потребления и т. д.). На российско-казахстанской торговле благоприятно сказывается Таможенный союз «четверки» (России, Казахстана, Беларуси и Киргизии), механизм которого действует последние полтора года. Он позволил увеличить экспортные поставки Казахстана в Россию в 1995 году: на 60 проц., а за 9 месяцев 1996 года — на 42 нроц. Товарооборот между двумя странами увеличился в целом почти на 50 проц.  («Финансовые известия», 28.XI  1996 г.).
Россия, таким образом, продолжает оставаться основным торговым партнером Казахстана.
Однако, ни в коей мере не преуменьшая значения внешнеторговых связей между двумя странами, которые соответственно их большим возможностям будут, вероятно, возрастать и в будущем, следует подчеркнуть: для обеих республик в целях выхода из затянувшегося кризисного состояния и создания высокоразвитой экономики, отвечающей современным требованиям, чрезвычайно важно обеспечить глубокую интеграцию. Речь идет не просто о восстановлении прерванных народнохозяйственных связей — по существу, разрушенной уникальной экономической интеграции — на новой, естественно, основе с учетом существенно меняющихся структур промышленного производства. Чтобы не оказаться па положении третьеразрядных стран в качестве сырьевой базы высокоразвитых государств, нужно обеспечить такой уровень интегрированности, который позволит им наверстать упущенное в решении задач индустриальной стадии развития общества, создавая в то же время предпосылки к его всесторонней информатизации.
Необходимость российско-казахстанской интеграции признается властями обеих стран. Принято немало двусторонних соглашений, нацеленных на ее осуществление. Определенные практические меры проводятся по их реализации. Сама жизнь подталкивает как центры двух республик, так и их регионы па развитие взаимовыгодного сотрудничества, особенно в сфере топливно-энергетической и других отраслей промышленности. Однако на фоне значительных потенциальных возможностей России и Казахстана, а также их жизненно важных потребностей, в мощном подъеме экономики эти шаги, при всей их несомненной полезности, представляются более чем скромными: они не в состоянии придать необходимый динамизм экономической интеграции двух стран, которая идет очень вяло, без каких-либо четких ориентиров, крайне не эффективно.
Казахстанское руководство обеспокоено этим положением. Оно постоянно ищет пути активизации интеграционных связей с Россией, предлагает в этом плане различные идеи, выражает свою готовность: перейти от слов к делу.   В   этом   ключе,   несомненно,
серьезного внимания заслуживала, в частности, и известная идея казахстанского лидера в создании: союза евразиатских государств.
Однако в московских властных структурах, внутреннюю и международную политику которых часто отличают противоречивость и непоследовательность, указанные инициативы и намерения Алма-Аты на практике не находят позитивной ответной реакции. Видимо, далеко не случайно на встрече глав государств Содружества, проходившей в апреле 1997 года в Москве, вопрос ставился даже так: странам СНГ нужна интеграция или не нужна... Похоже, лидеры некоторых из них все еще не решили для себя данный вопрос, хотя с момента создания этой организации прошло пять лет.
Между тем казахстанское «поле интеграции» в последние годы активно и широкомасштабно осваивается странами дальнего зарубежья. И этот процесс, благодаря энергичным и целенаправлен­ным мерам правительства республики набирает поразительную скорость и силу.
Известно, что за послевоенный период в Казахстане усилиями всего Советского Союза была создана мощная промышленность. Ее основу составляли горнодобывающие отрасли, многочисленные предприятия тяжелой индустрии, разбросанные по всей огромной территории республики. Весь этот гигантский индустриальный комплекс, в немалой степени работавший на ВПК, был органически связан с промышленностью главным образом России. В результате скоротечного разрыва народнохозяйственных связей двух республик, вызванного распадом СССР, крупные промышленные предприятия резко сократили производство продукции (которая нередко оказывалась теперь никому ненужной), а многие из них вовсе прекратили свою деятельность. Казахстанскому государ­ству, не располагавшему своими денежными средствами для проведения структурной перестройки или каких-либо иных эффективных мер по их спасению (в советское время вся тяжелая промыш­ленность республики находилась в ведении общесоюзного центра и финансировалась соответственно из госбюджета СССР), с трудом удавалось лишь удерживать эту отрасль от полного развала, чреватого социальными и межэтническими потрясениями. Из-за неплатежей быстро росли долги предприятий, исчислявшиеся порой сотнями миллионов долларов США, разрушалось оборудо­вание, развивались и другие негативные явления, что в совокупности пагубно отражалось на профессиональном, моральном и нравственном состоянии рабочих и инженерно-технического персонала.
В этой обстановке приватизация предприятий тяжелой промышленности представлялась единственным выходом из создавшегося по существу катастрофического положения. Поэтому она приобрела особую актуальность. В ходе ее проведения владельцами многих из них стали в основном иностранные фирмы и корпорации из дальнего зарубежья. В число этих предприятий входят нефтедобывающие компании и металлургические заводы, угольные шахты и электростанции, золоторудные и другие месторождения.
Этот путь для промышленности Казахстана оказался спасительным. Одни зарубежные предприниматели стали собственниками промышленных и иных объектов, другие же получили права на управление ими на определенный срок. В их руках многие предприятия, постепенно преодолевая массу непредвиденных трудностей, все же заработали. Показательным в этом плане может служить такой пример: Карагандинский металлургический комбинат (Кармет) — знаменитое в недавнем прошлом крупнейшее предприятие общесоюзного значения — имея к концу   1995 года   долг
в 522 млн. долларов, находился на грани полного краха; он был продан за 880 млн. долларов английской   фирме   «Испат   интер[ нэшил», которая вдохнула жизнь не только в погибавший комби­нат, но и почти во всю его инфраструктуру — угольные шахты, энергетику  и т. д.,  выправила  также его финансовое положение.
(«Казахстанская правда»,   28.12.96 г.).   Предприятие   «встало на ноги», появились обнадеживающие перспективы. Другой пример: Актюбниский завод ферросплавов (АЗФ), переданный в 1995 году японцам п являвшийся по их определению «самым отсталым предприятием в мире по производству ферросплавов», сегодня превратился   во   вполне   конкурентоспособный   («Рабочая   трибуна»,
28.02.97 г.).
Иностранным фирмам продаются или передаются для доверительного управления не только отдельные предприятия, но и, как Уже отмечалось, целые системы и отрасли. Так, в апреле 1997 года шведско-швейцарскому консорциуму «ЛББ» передано право на Управление в течение 25 лет национальной энергетической системой республики. Консорциум выплатит задолженность правительства по зарплате, создаст объединенную энергосистему и в ближайшие три года вложит в ее развитие не менее 200 млн. долларов. Доля  «АББ»   в чистой   прибыли   от эксплуатации   составит 15 проц., а остальная часть прибыли (85 проц.) поступит в распоряжение правительства  («Финансовые известия», 24.04.97 г.).
В настоящее время, по утверждению «Независимой газеты» (28.03.97 г.)   почти   90 проц.   промышленного   потенциала   Казахтана находится в руках западных партнеров. Глава правитель­ства республики А. Кажегельднн в декабре 1996 года сообщил: «процесс передачи предприятий в управление закончен. Мы переходим к  концессии. Это этан   высочайшего   доверия   государству,
так как если бы мы не прошли через   крупную   приватизацию,   к нам бы никто не пришел...» («Казахстанская правда», 28.12.96 г.).
В Казахстане, как и во многих других странах СНГ, продолжается падение инвестиционной активности. Так, в 1996 году в его экономику было вложено внутренних средств на 17,5 проц. мень­ше чем в 1995 году. Бедствующая промышленность республики поддерживается в основном за счет иностранных инвестиций, объемы которых за 1994—96 годы составили более 5 млрд. долларов США.
Созданные в республике экономические и правовые условия, отвечающие в целом интересам зарубежных предпринимателей. социальная и межэтническая стабильность в обществе, уверенная и последовательная политика центральной власти, направленная на расширение международных экономических связей страны, которая располагает огромными природными ресурсами и многочис­ленной квалифицированной рабочей силой, — все это, несомненно, благоприятствует притоку капиталов из стран дальнего зарубежья. В мире постепенно складывается образ Казахстана как страны открытой и привлекательной для экономического сотрудничества. Сегодня, по данным ООН, республика имеет долгосрочный портфель инвестиций почти в 50 млрд. долларов («Рабочая трибуна», 28.02.97 г. Иностранные инвестиции направляются главным образом на разработку месторождений нефти и газа, черного и цветных металлов. Особенно активно внедряются в экономику Казахстана фирмы и корпорации из США, Канады, Франции, Англии, Японии, Германии, Италии, Австрии, Бельгии, Южной Кореи, Турции и др. стран.
В числе зарубежных инвесторов в экономику Казахстана отсутствует Россия. Ее участие в экономической жизни ближайшего своего соседа крайне незначительное. Об этом, в частности, гово­рят такие данные: по состоянию на 1 января 1996 года в республике действовало 736 совместных предприятий с участием юридических и частных лиц из 73 государств, в том числе из России лишь 75 (для сравнения: из Турции — 111, из Китая — 80 и т. д.). Причем из общего числа предприятий, функционирующих с участием российского капитала, на конец 1995 года только 14 занимались промышленным производством («АЗИЯ — Экономика и жизнь № 24, декабрь 1995 г.).
В экономической стратегии Казахстана особое значение придается освоению месторождений нефти и газа. По разведанным запасам нефти он входит в первую десятку ведущих нефтедобывающих государств, а по общим запасам природного и сжиженного газа (570 млрд. м3 газа и 410 млрд. тонн жидких продуктов) одно из первых мест в мире (АЗИЯ — Экономика и жизнь, №3. январь 1997 г.). В настоящее время в республике добывается примерно 20 млн. тонн нефти в год. В недалеком будущем намечается добывать 120—125 млн. тонн ежегодно (причем половина этого объема при­дется на каспийский шельф). В целях решения этой грандиозной задачи широко привлекается зарубежный капитал: активно включились и вложили первые значительные средства фирмы США, Англии, Франции, Италии, Японии, Турции и ряда других стран. Богатейшие месторождения с разведанными запасами нефти уже «поделены» между ними; ряд западных компаний ведут интенсив­ные поиски новых нефтеносных «точек» на казахстанском участке Каспия.
Россия остается в стороне. Приглашения Алма-Аты принять активное участие в освоении нефти и других природных богатств республики, в выявлении и геологическом изучении которых в свое время Россия, бесспорно, играла важную роль, не вызвали у нес активности.
Однако в начале 1997 года в развернувшихся вокруг казахстанской нефти «сложных комбинационных играх», Москва сделала «эффектный ход»: она вошла в состав Каспийского трубо­проводного консорциума (КТК), где получит 24 проц. акций; а если учесть, что к тому же доля двух других компаний РФ — «Лукойла» п «Роснефти» — составит также около 25 проц. акций, то в целом Россия будет располагать почти половиной акций КТК. Казахстан получит 19 проц., Оман — 7 проц., а остальные акции останутся у пяти других иностранных компаний. Право на эксплуатацию нефтепровода, сооружение которого планируется завершить в 1999 году (протяженностью 1500 км от Тенгизского месторождения до черноморского порта Новороссийск), передается российской компании «Транснефть». Это означает, что Россия получит возможность контролировать экспорт нефти из Каспия в Дальнее зарубежье. Но эта возможность может оказаться временной, так как Казахстан и другие заинтересованные стороны настроены иметь также другие маршруты экспорта нефти и газа. Изучаются, в частности, проекты нефтепроводов Баку — Джейхан (через Азербайджан, Иран и Турцию), Казахстан — Туркмения — Афганистан — Пакистан (с выходом к Индийскому океану)  и др.
Большая казахстанская нефть, по-видимому, будет постоянно вызывать повышенный интерес стран дальнего зарубежья, особенно США и других западных государств. Широко распространено Мнение, что в XXI столетии она может оказывать влияние на мировую политику.
Правительство Казахстана в целях скорейшего получения Нефтедолларов, с чем оно связывает решение экономических проблем, привлекает состоятельных инвесторов, как   уже   отмечалось, из многих стран мира. При этом оно руководствуется принципом экономической целесообразности. Между тем, чрезвычайно важное значение имеет, по-видимому, всесторонний учет геополитических интересов республики.
Вероятно, далеко не случайно президент Казахстана Н. Назарбаев как-то (и не в первый раз!) заявил: «Ближе России у Казахстана никого нет и быть не может» («Независимая газета», 28.03.97 г.). Эти, несомненно, искренние слова отражают исторически сложившуюся реальность: Казахстан и Россия органически связывают тысячи нитей — политические, экономические, культурные, экологические,  военно-стратегические,  родственные.
Однако эти слова казахстанского лидера могут не обрести практического содержания: в условиях, когда ключевые позиции в промышленности республики все больше переходят в руки стран дальнего зарубежья с их собственными экономическими и политическими интересами, правительство республики будет иметь все меньше возможности свободно и самостоятельно определять свою внутреннюю и внешнюю политику. Не стоит заблуждаться относительно того, что США и другие западные страны в соответствии с их стратегией стараются не допустить сближения Казахстана, как и других бывших союзных республик с Россией. Широкое их проникновение в экономику Казахстана, что неизбежно сузит возможности его сотрудничества с Россией, а также ориентация на дальнее зарубежье при весьма слабом интересе к связям со странами СНГ могут послужить объективной основой российско-казахстанского взаимного отчуждения.
Не благоприятствуют интеграции двух стран и некоторые политические факторы. Со стороны отдельных политических кругов и представителей общественности России и Казахстана время от времени раздаются взаимные упреки и претензии. С российской стороны высказываются в адрес казахстанских властей обвинения в якобы нарушении прав русских, проживающих в республике, особенно русского казачества; предъявляются территориальные претензии и т. д. В Казахстане же иные авторы в своих публикациях, открыто или завуалированно, внушают своим читателям, будто во всех бедах, которые обрушивались на долю казахов, повинны русские, Россия (а не власти или политические режимы) и   т.   д.
При объективном анализе всей этой словесной перебранки не трудно убедиться в том, что под ними нет серьезной основы, затрагивающей жизненно важные интересы народов двух стран. Это политические клише, отражающие в лучшем случае некоторые факты и обстоятельства переходного периода и лежащие на поверхности общественной жизни; они используются популист­скими силами в их борьбе за узкопартийные интересы. Таким образом, некоторые процессы, развивающиеся в экономической и общественной жизни России и Казахстана в последние годы, не содействуют их интеграции, напротив, ведут к взаимному отчуждению. Однако из этого вовсе не следует, что невозможно развитие их широкого сотрудничества. Исторические корни отношений двух близких народов, геополитическое положение их государств делают необходимыми их тесные связи и сотрудничество между ними. Но это возможно, прежде всего, при осознании их политиками существующей ныне реальности: Россия и Казахстан являются вполне самостоятельными, суверенными государствами и отношения между ними могут и должны строиться только па принципе взаимного уважения.

 

У вас недостаточно прав для того, чтобы оставить комментарий.

Научный баннерообмен

Координаты

Телефон: 7(495) 625-2942
7(495) 625-3694;
e-mail: info@vostokoved.ru
okpmo_ivran@mail.ru

103777, Москва
ул. Рождественка, 12
кк. 316, 319, 330, 332

Институт востоковедения РАН

Проезд: метро "Кузнецкий мост", далее пешком 3 мин. по ул. Рождественка в сторону Рождественского бульвара и Трубной площади.