Шарипов У.З. Государства Центральной Азии и Закавказья - Дальнее Зарубежье E-mail

1. Общая оценка определяющих факторов сегодняшней жизни азиатских государств СНГ

Прошло пять лет существования Содружества Независимых Государств в лице бывших союзных республик СССР — свершившийся факт. Договоренности по многим из 600 принятых совместно членами этого сообщества документам реально существуют только на бумаге. Однако следует сказать, что действие сложившихся ранее в рамках Советского Союза межрегиональных и межреспубликанских национальных, политических, экономических, культурных и других форм взаимоотношений по-прежнему сильно. Это говорит о наличии особого содружества государств на карте мира и об их сформировавшихся в течение многих десятилетий (а в ряде случаев и столетий) взаимосвязей на прежде функционировавшем едином государственном пространстве СССР.

Несмотря на появление (и нарастание) определенного ряда научных исследований, аналитических и других публикаций в средствах массовой информации, а также статистических и других документальных изданий в СНГ и во всем мире, масса, глубина изученности проблем и диверсифицированности поставленных вопросов в совокупности выглядят весьма недостаточными. Таким образом, можно сказать, о том, что эта сфера до сих пор выглядит если не «белым пятном», то довольно малоизученным объектом исследований. Причем в России имеет место отставание от Запада. Так, в Институте научной информации общественных наук (Москва) вышли печатные сборники-рефераты «Этносоциальные проблемы государств Центральной Азии», «Новое зарубежье: поиски путей обновления»; над разными ракурсами «ново-азиатских» проблем СНГ работают в Институте востоковедения РАН, кустами — в других исследовательских центрах Российской Федерации и других стран СНГ. По этим проблемам работают

Переведенцев В., Спиваковский П. Е., Жилины Ю. А. и И. Ю., Фридман Л. А., Каражас О. В., Сагадеев А. В., сотрудники отдела СНГ и других подразделений ИВ РАН и т. д.

На Западе список исследовательских центров, издательств и авторов значительно длиннее, а охват изучения вопросов новой геополитической ситуации в Азии, в связи с распадом СССР, — шире. Этими проблемами особенно активно занимаются университеты Оксфорда (Англия), Станфорда (Калифорния), Колумбийский (Нью-Йорк), комиссии и центры по иностранным делам Конгресса и Сената США, соответствующие научные учреждения Беркли, Лондона, Глазго, Парижа, Бонна, Кельна и другие политические и научные центры ведущих западных держав. Подготовленные их сотрудниками документы, анализы и монографии публикуются в действующих при них издательствах. Вместе с тем множество аналитических материалов выходит и в специализированных журналах и бюллетенях «Мидл ист», «Сентрал Эйше сор-вей», «Интернейшнл афферс» и в других (более подробно см. библиографию и обзор Кузнецовой С. Й. в «Этносоциальных проблемах государств Центральной Азии», 1995 г . и других соответствующих публикациях ИНИОН, ИВ РАН). Однако всего вышеназванного и иного изданного багажа для обеспечения достаточности научно-аналитического охвата публикациями явлений и проблем нового феномена современной многогосударственной ломки, которая происходит в Евро-Азии на территории бывшего СССР, по-прежнему чрезвычайно мало, тем более, что процессы обновления здесь интенсивно продолжаются.

Задача настоящего сборника научных статей заключается в следующем:

1) начать прорисовку контуров сегодняшних политических, хозяйственных, идеологических, культурных, религиозных и иных контактов и сфер сотрудничества между отдельными государствами или группами стран Дальнего зарубежья, с одной стороны, и Ближнего — с другой;

2) определить диапазон и характер взглядов различных отечественных исследователей на развитие связей внутри Азии и далее в обновленной геополитической ситуации конца XX века, а именно между новообразованными государствами Центральной Азии-Закавказья и Дальним зарубежьем. При этом не исключаются заходы в пограничные проблемы и некоторые другие международные вопросы России (однако в ракурсе проблематики связей между Ближним и Дальним зарубежьем).

Наши объекты из Содружества Независимых Государств — восемь новообразованных государств Азии: пять в Центральной Азии (Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Туркмения, Узбекистан) и три в Закавказье (Азербайджан, Армения, Грузия). Об-

щая численность населения в обоих регионах 80 млн. человек: в Центральной Азии — 60 и в Закавказье — 20 млн. соответственно. С точки зрения этнической и религиозной принадлежности коренного населения: в первом регионе все государства мусуль-манско-суинитские, 4 относятся к тюркской группе и 1 — к иранской; во втором регионе 2 государства христианские (григорианское и православное) и одно — мусульманско-шиитское.

Из всех перечисленных государств СНГ лишь Грузия имеет непосредственный выход к открытому морю. Однако оба региона и расположенные в них страны имеют более или менее удовлетворительные коммуникации для связей с внешними рынками (причем южное направление — самое слабое в данном отношении). Правда, в новых условиях расширения самостоятельных внешних контактов новообразованных стран требуется как доводка, переориентировка (частичная или приоритетная) указанных транспортных путей, так и решение внутрирегиональных государственно-политических и экономических проблем.

2. Факторы и характеристики развития внешних связей

Центральная Азия соседствует с РФ, КНР, Афганистаном, Ираном, Южной Азией (через Афганистан); Закавказье — с РФ, Украиной, Болгарией и Румынией (через Черное море), Центральной Азией (через Каспий), Ираном, Турцией и далее с арабским миром.

Указанные факторы территориальной, этнической, религиозной и иной исторически сформировавшейся близости во многом являются определяющими для наибольшей плотности международ-пых связей нового азиатского зарубежья именно в приграничных регионах. Однако на современном этапе в межгосударственных отношениях зачастую срабатывают другие факторы: политические, экономические, наличие на территории стран СНГ интересных для Дальнего зарубежья полезных ископаемых, промышленных или сельскохозяйственных товаров, а также национально-социальных структур и другие. Нельзя сбрасывать со счетов и действие субъективного плана — личных или групповых симпатий и антипатий лидеров, складывающихся корзин взаимоотношений между различными ведущими политическими силами: официальными и оппозиционными 4. Поэтому в международных отношениях азиатских стран СНГ наблюдается весьма пестрая и сложная мозаичная картина.

Назовем некоторые из наиболее явных действующих факторов, влияющих на характер формирования внешней политики государств Центральной Азии и Закавказья — членов СНГ: 1) многочисленные нити связей с Россией и зависимости от нее (их описание даже вкратце требует специального и емкого исследования). Поэтому в рамках нашей тематики лишь обозначим их — это цивилизационные, политические, хозяйственные, этнические (которые касаются не только русскоязычного, но и части коренного населения, связанного смешанными браками, кругом общения и т. д.); 2) центробежные тенденции в отношении РТ, как диктовавшей силы бывшего СССР, — стремление сформировать полный комплекс государственной самостоятельности; 3) характер национальной экономики и поиск оптимальных и выгодных партнеров по хозяйственному и политическому сотрудничеству; 4) мировоззрение местной политической элиты и ее стратегия (в том числе и тактика) развития своего национального государства; 5) этническое, религиозное и историко-цивилизационное международное родство и попытки их реконструкции; 6) поиск богатых иностранных спонсоров, кредиторов и защитников как клановых интересов местной элиты, так и национальной государственности.

В более подробном изложении вышеперечисленные факторы представляются следующим образом.

Хотя во внешних отношениях стран СНГ российский фактор самый емкий, однако в нашей тематике, как уже говорилось выше, он вторичный. Поэтому отмечаем, что после образования СНГ расширение связей азиатских государств — членов данного сообщества с Дальним зарубежьем происходило на фоне сокращения таковых с Российской Федерацией. Так, возьмем такую сферу отношений, в которой концентрированно проявляется характер межгосударственных связей, как внешнюю торговлю. В 1996 году доля государств Содружества в российском экспорте составила 20%, а в импорте — 35% 5. Это ниже уровня 80-х годов на 30—40% и на 30% соответственно. По ряду отраслей экономики дело дошло чуть ли не до нулевой отметки. Внутри СНГ торговля сократилась на две трети.

Внешнеторговые отношения с Дальним зарубежьем, хотя и не получили прямо пропорционального прироста, ввиду кризисного характера перестройки и переориентации народного хозяйства новообразованных государств, но процесс установления, развития и диверсификации контактов с внешним миром уже пошел. При этом он идет неоднозначно — путем проб, приобретений и ошибок. Следует отметить, что развитие внешних связей азиатских стран СНГ, помимо прочего, видеоизменяет характер их сотрудничества с Российской Федерацией и между собой. В частности, повышаются требования в соответствии с лучшими мировыми

стандартами к технологическим показателям приобретаемого или поставляемого оборудования, условиям сервиса и поставок запасных частей, к условиям финансовых и кредитных взаимоотношений, к содержанию товарооборота и т. д.7. Так, поставка странами Центральной Азии и Закавказья нефти и газа обуславливается соответствующей им товарной и сервисной компенсацией со стороны партнеров по торговле, включая и те товарные группы, которые в прошлом были запрещены для поставок в республики СССР. В отношениях друг с другом и с РФ они стали привязывать правовую базу и ценообразование своей внешней торговли к общемировой. Так, Узбекистан стал продавать России хлопок-волокно (более 60% всего российского импорта хлопка) и природный газ (около 30% соответственно) по мировым ценам. Об этом более подробно по каждой стране в отдельности пли по группе стран рассказывается в статьях настоящего сборника.

Говоря о проблеме центробежности в действиях азиатских стран СНГ и их стремлении сохранить связи с членами прежнего Советского Союза на удобном для себя уровне, а также приобрести новых партнеров в Дальнем зарубежье, следует рассматривать внешнюю политику государств Центральной и Закавказской Азии в двух плоскостях: региональной политики и политики каждого отдельно взятого государства. Причем в первом случае действуют три формы — в рамках СНГ; ЦЛ либо ЗА; ЦА или ЗА + Ближний и Средний Восток.

Сотрудничество в рамках СНГ, ЦА и ЗА, не вдаваясь распространенно в данную сферу, обозначим лишь некоторыми основополагающими признаками.

Так, прежде всего следует отметить основные договорно-правовые документы сотрудничества в рамках СНГ.

24.09 1993 г . в Москве подписан Договор о создании Экономического Союза, в который вошли государства ЦЛ и Закавказья. Соответствующие соглашения были заключены в военной, таможенной, гуманитарной, правоохранительной, политической и других областях.

В январе 1993 г . в Ташкенте принято решение о создании Содружества Центральноазиатских государств, образован Координационный Совет стран Центральной Азии. Были созданы координационный и руководящий органы из представителей трех государств — Казахстана, Кыргызстана и Узбекистана: Межгосударственный Совет из президентов стран — членов этого политического объединения; Совета министров — из премьеров; Совета министров иностранных дел. Кроме того, был образован Цент-ральноазиатскпй банк сотрудничества, принята программа экономического развития до 2000 года.

Вместе с тем следует отметить, что в марте 1996 года Казахстан и Кыргызстан совместно с Российской Федерацией и Белоруссией вошли в состав так называемого «Союза интегрированных государств». То есть две указанные азиатские страны сочли целесообразным политически уравновеситься еще одной соседне-региональной связкой (как на северном направлении, так и в отношении своих контактов на центральноазиатском политическом рынке).

В Закавказье организация регионального сотрудничества более затруднена, в связи с проблемами Карабаха и Северного Кавказа, а также другими глубокими межгосударственными противоречиями. Поэтому достигнутые результаты в данном отношении значительно слабее центральноазиатских. Однако и здесь ищутся пути для создания региональной системы взаимодействий и сотрудничества.

При всей неоднозначности подхода каждого из государства Центральной Азии и Закавказья к организации СНГ, следует сказать, что все они в системе становления и функционирования СНГ отдают предпочтение военной гарантии неприкосновенности своих границ, развитию взаимных торгово-экономических и финансовых отношений. Что касается политических связей, то они отказываются от каких-либо вариантов конфедеративного характера, создания тесного совместного политического блока, ограничивающего их независимую инициативность и свободу выбора в международных отношениях с остальным миром. Особенно активно с. этих позиций выступили Туркмения, Узбекистан и Грузия, которые, в свою очередь, были поддержаны в разной форме остальными членами Содружества независимых государств.

Также отрицательно они отнеслись к идее создания межгосударственного военного блока на основе СНГ как противовес расширяющемуся на восток (за счет восточноевропейских и прибалтийских стран и т. д.) НАТО. Далее ряд республик (Узбекистан, Туркмения, Казахстан, Азербайджан и другие) не подписали в мае 1995 года на Минском саммите договор о совместной охране внешних границ Содружества Независимых Государств. А на встрече министров обороны государств СНГ в Душанбе в октябре 1996 года делегация Узбекистана отвергла кандидатуру от России на пост начальника штаба, ответственного за координацию военного сотрудничества в рамках СНГ.

Следует рассмотреть еще один важный и внешне выглядящий противоречивым аспект внешней военной политики республик Центральной Азии и Закавказья — это отношение к НАТО. Каждая из них в той или иной степени проявляет интерес к налаживанию контактов и определенных форм сотрудничества с данным военным блоком Запада, к получению помощи от него. Представители военных ведомств азиатских республик СНГ встречались и проводили переговоры с ответственными функционерами как НАТО, так и западноевропейских государств и США во время посещения указанных стран и принимая военные делегации Запада у себя. Самым последним подтверждением серьезности интереса блока НАТО к регионам Центральной Азии и Закавказья является ознакомительный визит Генерального секретаря НАТО Хавьера Солано в столицы всех центральноазиатских государств в марте 1997 года. Однако, хотя военные контакты между Западом и азиатскими странами СНГ стали регулярными и развивающимися, данный факт не подорвал сохранность большого интереса центральноазиатских и закавказских государств к военно-техническому сотрудничеству с Российской Федерацией, Украиной и Белоруссией как по ряду видов военной техники, так и по номенклатуре запасных частей для нее. Последнее закономерно, так как почти все оснащение вооруженных сил членов СНГ советского и российского происхождения. Но объективным является также стремление новых государств Евразии диверсифицировать свои внешние военные связи, чтобы избежать прежней однобокой зависимости от России в вопросах своей военной безопасности.

Таким образом, процесс военно-политической интеграции государств Содружества приобрел размытые и противоречивые формы: с одной стороны, все члены СНГ стоят за продолжение содействия России в поддержании военного потенциала и безопасности государств-членов Содружества, а с другой — сохраняют за собой неоспоримое право свободы принятия собственных решений, исходя только из своей целесообразности.

Военная область — это только одна сторона внешней политики стран — членов СНГ.

Говоря о «гражданских» сферах международных отношений этих государств в целом, можно отметить, что их связи с внешним миром так же (как и в военном деле) сложный и противоречивый процесс. У каждой из них свои наклонности в той или иной сферах. Поэтому не стоит делать однозначных выводов на основании одной из них. Представляется целесообразным различать направления тенденций развития в каждой из «гражданских» сфер: политической, экономической, идеологической, культурной и религиозной. Они зачастую не совпадают, меняются местами по инициативности и приоритетности, могут быть асинхронными либо тянущими в противоположные стороны. В данной связи они требуют от правительств каждой страны или от группы таковых приведения указанных разноплановых тенденций в терпимое соответствие с генеральным курсом государственного развития. Это не всегда удается.

В рамках небольшой статьи представляется невозможным рассмотреть, даже в сокращенном виде, все названные стороны внешних отношений азиатских стран СНГ. Поэтому для анализа взяты две основные из них — политика и экономика.

В политической сфере делается все для сохранения государственной независимости, нейтрализации опасности (разностепен-ной и разносортной) со стороны возможных потенциальных противников: Казахстану — от России и внутренней оппозиции (в лице казачества и несогласной с нынешней проказахской политикой частью русскоязычного населения, а также казахских политических противников нынешнего режима в стране), в перспективе от Китая и Узбекистана; Узбекистану — от таджикистанского «внутринационального пожара», внутренней политической оппозиции, разноплеменного населения (таджиков, русскоязычных); Таджикистану — от Афганистана и Узбекистана; Туркмении — от Ирана, Узбекистана, внутренней русскоязычной и другой иноязычной среды; Киргизии — от Узбекистана (Ошский регион) и Казахстана; Азербайджану — от Армении, Ирана и лезгин (проживающих в Дагестане и северных районах Азербайджана, среди которых весьма влиятельны силы, требующие объединения лезгин в единое государство или автономную республику); Армении — от Азербайджана (Карабах, транспортная блокада и т. д.) и Турции; Грузии — от северокавказских республик (в том числе по линии Абхазии и Южной Осетии). Все названные опасности в отношении всех азиатских государств — членов СНГ в настоящее время во многом не являются реальными, а лишь возможными на перспективу при определенных неблагоприятных политических условиях.

На нынешнем этапе своего становления все новообразованные азиатские страны создают необходимое политическое расстояние от России, пытаются снизить накал противоречий внутри региона (но при этом первичным фактором выступают устремления правящих кругов того или иного государства) и, наконец, предпринимают действия на сближение с нужными партнерами из Дальнего зарубежья.

К России политически ближе Казахстан, Киргизия, Таджикистан (имеется в виду правительство Душанбе), Армения и Грузия (однако с разным пониманием и оценкой ряда принципиальных проблем); несколько дальше — Азербайджан, Узбекистан, Туркмения. У каждой из названных стран свои подходы и аргументация, объясняющие характер взаимоотношений с Российской Федерацией. Так, президент Н. Назарбаев, понимая специфику географического положения Казахстана, уязвимость его весьма протяженных границ и особенно от сильных соседей — России, Китая и Узбекистана, методично разыгрывает сразу несколько козырных карт в своей внешней политике, с помощью которых Он стремится нейтрализовать (и это пока что у него успешно получается) возможные поползновения указанных соседей против его страны:

1) выполняет роль посредника и связующего фактора между Россией, с одной стороны, и Центральной Азией, — с другой (а иногда и с некоторыми режимами Ближнего и Среднего Востока);

2) сотрудничает с Пекином в сферах торговли, транзита, транспорта, военной;

3) входит в тройку президентов активно сотрудничающих между собой государств Центральной Азии (Казахстан, Киргизия, Узбекистан);

4) привлекает западные и японские компании для развития национальной экономики (особенно в нефтедобывающей, металлургической и машиностроительных отраслях);

5) является явным сторонником евразийской идеи.

Несколько в ином ракурсе действуют руководители других республик. Так, наибольшую самостоятельность в отношении СНГ проявляют Узбекистан (в качестве сильнейшей и хозяйственно обеспеченной страны ЦА), Туркмения (тяготеющая к сотрудничеству с партнерами вне СНГ для разработки своих природных ресурсов, а в политике — к сближению с Ираном и некоторыми другими своими соседями и близкорасположенными государствами) и Азербайджан (негативно оценивающий характер российско-армянских взаимоотношений, в связи с проблемой Карабаха, а также стремящийся больше сблизиться с другими ближневосточными странами, как противовесом отношениям с Россией).

В отношениях азиатских государств СНГ с Дальним зарубежьем ситуация следующая:

Зондируются варианты сближения с Ираном со стороны Узбекистана, Туркмении, Таджикистана, Казахстана, Азербайджана, Армении по признакам территориальной близости, схожести культур, религии, по политической целесообразности с Турцией — по сути по тем же причинам, среди которых немаловажными выступают этнический фактор и светский характер власти в Турции «с исламом в кармане»; с арабскими шейхствами — из-за финансовой помощи и религиозной влиятельности Саудовской Аравии и ее соседей в мусульманском мире. При этом необходимо отметить, что, идя на сближение с Организацией экономического сотрудничества (в составе Турции, Ирана и Пакистана), Узбекистан, Туркмения и Казахстан выступают против политизации и идеологизации, а также против каких-либо запретительных общих положений этого союза. Они усматривают в них возможные попытки втянуть их в политические противоречия между отдельными государствами БСВ и ограничить инициативность стран Центральной Азии.

Так же они максимально стараются избегать демонстрации своих политических симпатий той или иной соседней мусульманской стране в ее противоречиях или конфликтных отношениях с США и Израилем. Более того, многие руководители и высшие должностные лица республик ЦА неоднократно с официальными визитами посещали столицы западноевропейских государств, а также США и Израиля и проводили плодотворные переговоры о сотрудничестве. Так, во время нахождения в июне 1996 года президента Узбекистана И. Каримова в Вашингтоне стороны заключили ряд важных договоров по двустороннему военно-техническому сотрудничеству. В их числе предусмотрены: подготовка с американской помощью военных кадров для реорганизуемых национальных вооруженных сил; подготовка специальных подразделений в рамках натовской программы «Партнерство во имя мира»; США согласились участвовать в процессе конверсии ВПК Узбеки стана и других республик региона.

Однако к многосторонним и расширенным политическим связям с Западной Европой и США более всего склонны Армения и Грузия: по своим национальным диаспорам на Западе (особенно это касается первой из них), религиозной близости, культуре и т. д.

В Закавказье наиболее сложное внешнеполитическое положение наблюдается у Армении, которая в условиях ползучей (а временами и обостренной) блокады со стороны Азербайджана (в связи с Карабахом), нарушениями нормального функционирования транспортных потоков через соседние страны и Северный Кавказ, активно балансирует в кругу разномастных, с точки зрения интересов и политических симпатий и антипатий, государств — России, Грузии, Турции, Ирана и западных держав.

Говоря о становлении самостоятельных внешних связей, и прежде всего политических, новообразованных государств Азии — членов СНГ, нельзя не затронуть и проблемы, существующие на их границах и вызывающие беспокойство их правящих кругов. Прежде всего они связаны с гражданской войной в Афганистане, которая в то же самое время несет в себе и острые межэтнические противоречия и противоборство. А так как одни и те же этносы (узбеки и таджики) в крупных массах проживают как в Афганистане, так и в республиках Центральной Азии, то весьма конфликтная жизнь в соседней стране не может не задеть их северных собратьев. И Таджикистан, и Узбекистан в той или иной степени являются вовлеченными и связаны с внутриафганским конфликтом.

Узбекистан негласно помогает генералу А. Дустуму, фактическому правителю северного Афганистана, узбеку по национальности как товарами, так и в военном отношении. В начале 1995 года А. Дустум посетил Ташкент и один на один беседовал с президентом И. Каримовым, что еще раз было расценено как тайный сговор между ними, направленный на поддержку сепаратистских устремлений генерала. Поэтому между Кабулом, находящимся в руках движения «Талибан», и Ташкентом резко ухудшились отношения.

На Таджикистане афганский фактор негативным образом сказался еще более масштабно. Вооруженная борьба за власть между различными политическими силами из Афганистана перекинулась в Таджикистан. Отступившие на территорию Афганистана после введения в действие военной помощи СНГ законному правительству Душанбе силы оппозиции, сопровождаются огромными массами беженцев (исчисляемые десятками тысяч человек) из мирного населения. Таким образом в приграничных районах Афганистана, опираясь на содействие местных таджиков, а также ряда заинтересованных мусульманских режимов БСВ, образовался мощный людской резерв таджикской вооруженной оппозиции — внутритаджикский конфликт стал международным и осложненным. В процесс примирения в Таджикистане были вовлечены правительства ряда стран, в том числе Москва и Тегеран.

Однако в столицах стран СНГ понимают, что без стабилизации политической ситуации в Афганистане нельзя быть уверенными в спокойствии в республиках Центральной Азии. Но позиции руководителей этих стран в отношении Афганистана несколько разнятся между собой и даже носят в себе черты тенденциозности. Так, в ходе специальной встречи глав республик ЦА и Российской Федерации по Афганистану в Алма-Ате в октябре 1996 года Ташкент и Душанбе требовали серьезно отнестись к опасности продвижения на север талибов и призвали оказать помощь узбекскому генералу Дустуму и свергнутому президенту-таджику Раббани. А так как противоборство за власть в Афганистане между талибами, с одной стороны, и коалицией Раббани — Дустум — Ахмадшах Масуд — с другой, не ослабевает, то острые противоречия в треугольнике Афганистан — Таджикистан — Узбекистан будут продолжаться.

В экономической сфере внешние связи государств СНГ определяются хозяйственной целесообразностью каждого из них: потребностями в иностранном содействии для развития мощностей и организации экспорта продукции нефтяной, газовой, золотодобывающей, цветнометаллической, хлопковой и автосборочной отраслей; потребностями в технологическом обновлении национальной промышленности и всего народного хозяйства; необходимостью организации целесообразного оборота своей экспортной продукции в обмен на нужную номенклатуру импортных товаров; стремлением диверсифицировать свои коммуникации выхода на внешние рынки и т. д.

Наряду с продолжением товарооборота с традиционными партнерами — Россией, а за ней с восточно- и западноевропейскими странами, республики ЦА стали налаживать торговые связи с азиатскими странами. В данной связи центральноазиатские государства проявляют большую активность в развитии транспортных путей на южном и восточном направлениях, чтобы создать альтернативу коммуникациям, идущим через Россию.

На юге наиболее подготовленным в коммуникационно-транспортном отношении для вывода Центральной Азии на международные рынки является Иран. Он располагает сравнительно развитой системой авто- и железных магистралей с выходами на границы Турции и Ирака и в Персидский залив.

В мае 1996 года была открыта железная дорога между Тедженом (Туркмения) и Мешхедом (Иран). А так как Теджен выходит на центральноазиатский транспортный узел, а Мешхед выводит через железную дорогу к Персидскому заливу и Турции, то экономическая и политическая значимость введенного в строй связующего участка Теджен — Мешхед весьма велика.

Перспективным направлением в недалеком будущем может выступить Афганистан — самый короткий путь в Южную Азию, Персидский залив и Индийский океан, выводящий непосредственно и без окружных коммуникаций (через Карачи) практически ко всем портам Восточной Африки (а далее и Западной Африки, и восточного побережья Латинской Америки), Южной и Юго-Восточной Азии. Благо, в течение прошедших десятилетий при помощи Советского Союза в этой стране были построены весьма протяженные меридиональные автомагистрали: порт Шерхан (на бывшей советско-афганской границе) — Саланг (перевал через мощный горный хребет Гиндукуш) — Кабул и Кушка — Герат — Кандагар. Благодаря им, через небольшие ответвления: Кабул — Джелалабад — Торхам, Кабул — Кандагар — Спинбулдак и Герат — Исламкала, Афганистан в прошлом довольно беспрепятственно выходил на мировые рынки, используя коммуникации Пакистана и Ирана.

В нынешних условиях государства Центральной Азии да и Россия ждут окончания весьма затянувшейся гражданской войны в Афганистане, чтобы восстановить автодорожное, а в перспективе организовать и железнодорожное сообщение через эту страну в Южную Азию и Индийский океан.

При благоприятных политических обстоятельствах может весьма активизироваться перспективное восточное транспортное каправление — китайское. Опираясь на недостроенную на коротком участке в приграничной зоне в годы советско-китайской «дружбы» железную дорогу СССР — Китай через Казахстан, две последние из вышеназванных стран завершили соединение недостающих километров этой международной магистрали, расширили ее и таким образом открыли железнодорожное сообщение через Джун-гарские ворота. Улучшены также автопути через совместную границу. Это может интенсифицировать товарооборот Центральной Азии с Синцзяном и, возможно, транзит далее на Восток.

Из закавказских республик наиболее благоприятные перспективы для внешнеэкономического сотрудничества у Азербайджана. У Грузии сравнительно незначительный потенциал товарного экспорта (представляющего интерес для иностранных партнеров), политические и хозяйственные проблемы с абхазцами и осетинами; Армения же переживает сложный период транспортной блокады. Все три закавказских государства вынуждены усиленно закупать вооружения, ввиду возможных войн либо других форм вооруженных конфликтов в этом регионе (из-за нерешенности территориальных проблем и других противоречий).

Преимуществом Азербайджана, при всех прочих равных показателях, является нефть. Наряду с уже производимой десятилетиями добычей нефти на суше и на море, республика ведет усиленную разведку и разработку в новых районах Каспия. Это обстоятельство, а также т. е. «рыбные интересы» превратили Каспийское море в сложный международно-правовой узел 13. Ища обходные от России пути транспортировки нефти в третьи страны и из-за войны в Чечне, Баку вступил в тесные связи с американскими, турецкими и иранскими компаниями, правительством Грузии и, в качестве отступного, с российской компанией «Лукойл». Варианты транспортировки — через Турцию и Грузию (иранский путь пока непроходим из-за жесткого давления Вашингтона). Среди потенциальных покупателей азербайджанской нефти по обходным путям выступила Украина. Во время официального визити в Киев президента Г. Алиева в конце марта 1997 года стороны договорились о поставках нефти Украине трубопроводом через Грузию и танкерами Черным морем. Таким образом эти страны СНГ закладывают серьезную базу для масштабного взаимного экономического сотрудничества.

Грузия и Армения также всемерно используют свои экспортные возможности для внедрения на мировых рынках. Помимо РФ и членов СНГ, они в первую очередь налаживают торговлю с Драном, Турцией, некоторыми арабскими странами, Болгарией, Румынией и Грецией. Имеет место выход отдельными товарными группами на Запад (продукция приборостроения, ювелирные из-Делия, машиностроение и др.).

На основании вышеприведенного анализа можно заключить следующее:

За прошедшие годы с момента образования независимых государств в Центральной Азии и в Закавказье между ними и Дальним зарубежьем шаг за шагом устанавливались и развивались двусторонние и региональные связи в политической, хозяйственной, культурной, военной и иных сферах.

Эти отношения разнозначные, нередко зигзагообразные и противоречивые, определяются как интересами правящих кругов сторон, так и объективными показателями и потребностями государств.

Сложный начальный период становления новых азиатских стран и кризисные явления их переходного этапа создают различные препятствия на пути оптимального развития связей между Центральной и Закавказской Азией, с одной стороны, и Дальним зарубежьем — с другой.

 

У вас недостаточно прав для того, чтобы оставить комментарий.

Научный баннерообмен

Координаты

Телефон: 7(495) 625-2942
7(495) 625-3694;
e-mail: info@vostokoved.ru
okpmo_ivran@mail.ru

103777, Москва
ул. Рождественка, 12
кк. 316, 319, 330, 332

Институт востоковедения РАН

Проезд: метро "Кузнецкий мост", далее пешком 3 мин. по ул. Рождественка в сторону Рождественского бульвара и Трубной площади.