И.А. Латышев. Американо-японское военное сотрудничество В АТР и позиция России. E-mail

Последние события на Балканах ясно высветили суть глобальной военной стратегии Соединенных Штатов. Суть эта заключается в стремлении Вашингтона распространить свой контроль над всеми континентами мира и силой оружия сломить сопротивление народов, не желающих попасть под «железный каблук» Пентагона. Что бы ни говорили государственные деятели Вашингтона и западноевропейских стран, сегодня становится очевидным, что одна из скрытых целей расправы с Югославией, как и втягивания стран Восточной Европы в натовскую военную структуру состоит в блокировании и запугивании России. Просматривается и более отдаленная цель американской внешней политики: она заключается в устранении России как великой державы, в превращении ее во второстепенное государство, в окончательной ликвидации ее прежнего военного могущества. Речь идет, иначе говоря, о том, чтобы поставить Россию на колени и превратить ее в зависимую от Вашингтона территорию, снабжающую «цивилизованные» страны Запада энергоресурсами и полезными ископаемыми.

В свете далеко идущих целей США и их союзников по НАТО следует, как мне думается, рассматривать военно-политическую обстановку не только в Европе, но и в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Величайшей ошибкой было бы полагать, будто 100 тысяч офицеров и солдат США, дислоцированных на базах Японии, в Южной Корее, а также на военных кораблях, постоянно находящихся в акватории Тихого океана у берегов Азии, руководствуются некими иными стратегическими целями, чем те, которые стоят перед американскими военными контингентами в странах НАТО. Стратегические цели Вооруженных сил США, как в Европе, так и на Дальнем Востоке, в сущности одни и те же. Разница состоит в том, что наряду с Россией их потенциальными противниками на Дальнем Востоке являются еще и КНР, и КНДР.

Если говорить об американской военной политике на Дальнем Востоке, то она никак не вяжется с ослаблением напряженности в АТР, о которой так много нами говорилось в первые годы после окончания «холодной войны». Казалось бы, в наши дни Пентагону не о чем беспокоиться перед лицом явного ослабления его прежнего основного политического противника — России. Ведь без всяких боев численность российских Вооруженных сил на Дальнем Востоке резко сократилась. А наш некогда грозный Тихоокеанский флот утратил былую мощь в результате поспешного списания и распродажи на слом боевых кораблей и приостановки пополнения этого флота новыми современными кораблями. Сегодня американцы могли бы спокойно почивать на лаврах.

Так нет же! Теперь военная истерия нагнетается Пентагоном в связи с «угрозой безопасности США» и их тихоокеанским союзникам, создаваемой якобы Корейской народно-демократической республикой. Поводом для этой мнимой тревоги за безопасность, а также безопасность Японии и Южной Кореи стал испытательный запуск Пхеньяном в августе 1998 г . баллистической ракеты «Тэпходон 1».

Реакция Соединенных Штатов на это не вполне удачное испытание северокорейцами своих баллистических ракет оказалась до удивления неадекватной и неестественной. В печати США, а вслед за тем и в японской печати начались драматические причитания по поводу того, что КНДР создает своими действиями «угрозу безопасности и миру» на Дальнем Востоке, хотя, как известно, не только США, но и Япония, да и другие страны региона обладают в совокупности сотнями подобных ракет и систематически запускают на земную орбиту различные космические аппараты, включая и аппараты военного назначения. В феврале 1999 г . японские средства массовой информации опубликовали выдержки из пентагоновского информационного сообщения, в котором указывается, что «военная угроза», созданная Северной Кореей, расценивается как «самая значительная опасность ближайшего времени».

И это не просто досужая пропагандистская шумиха. За подобными вздорными выдумками пентагоновских стратегов скрывается вполне реальная угроза проведения в отношении КНДР таких же карательных бомбардировочных операций, которые проводились в Ираке и в Югославии — операций, право на которые Пентагон, а заодно и НАТО самочинно присвоили себе в последнее время. Безнаказанное забрасывание авиационными бомбами и крылатыми ракетами малых стран, противостоящих диктату США, становится при молчаливом попустительстве ООН чуть ли не обыденной практикой. И это не может не вызывать опасений, как бы такая практика не вылилась в столь же необузданную агрессию против КНДР, какую развязали правящие круги США совместно с другими странами НАТО против Югославии. И так думают сегодня многие. Газета «Известия» 10 февраля 1999 г . опубликовала, например, на первой полосе большую статью с аналогичными опасениями. Эти опасения достаточно четко отражены в самом заголовке статьи: « Будет ли война на Дальнем Востоке. США подумывают об ударе по Северной Корее».

Но если взглянуть в целом на ту стратегию, которую проводит правительство США на Дальнем Востоке, то ясно вырисовывается стремление военных руководителей США включить и этот регион в систему глобального охвата России, а заодно и КНР кольцом своих военных баз, вовлекая в эту систему наряду с Вооруженными силами НАТО в Западной Европе Вооруженные силы Японии и Южной Кореи в Азии.

Только этим и можно объяснить тот нетерпеливый нажим, который оказывало в последние месяцы правительство США на Японию с целью еще более тесного привязывания японских Сил самообороны к военной машине Пентагона.

Наглядным свидетельством стремления Пентагона привлечь Японию к более активному содействию его дальнейшим военным планам стало «Соглашение о новых направлениях американо-японского оборонного сотрудничества, заключенное правительствами Японии и США в 1997 г .

В основу этого документа положен все тот же японо-американский договор безопасности, закрепляющий бессрочное пребывание на японской территории военных баз и Вооруженных сил США. Суть соглашения сводится к установлению норм взаимодействия Вооруженных сил США, дислоцированных на Японских островах с японскими Силами самообороны, созданными вопреки Конституции Японии, а потому не обладающими формальным правом на зарубежные военные экспедиции, как и вообще на любые наступательные операции за пределами страны. Первый вариант этого соглашения появился еще в 1976 г . и предусматривал ограниченную помощь японских Сил самообороны Вооруженным силам США в пределах территории Японских островов в случае, если острова подвергнутся атаке какого-либо противника. В своем нынешнем, новом варианте соглашение значительно расширяет сферу взаимодействия американских и японских Вооруженных сил. Теперь предполагается, что свои совместные «оборонные» операции обе армии будут вести не только на территории Японии, но и в окружающих Японию районах ( areas surrounding Japan ), а целью этих операций будет не только отражение непосредственной атаки на Японские острова, но и «ликвидация конфликтов», возникающих в сопредельных районах. При этом, как явствует из соглашения, японским Силам самообороны вменяется теперь в обязанность «тыловое обеспечение» Вооруженных сил США, включая транспортировку американских солдат и офицеров, подвоз необходимых боеприпасов и снаряжения, а также морскую блокаду территории противника. Такие новшества значительно расширяют масштабы возможных военных операций Сил самообороны, и усиливают военную зависимость Японии от США. Как справедливо считают многие японские обозреватели, Японии становится теперь труднее, чем прежде, оставаться в стороне от участия в любом военном столкновении, которое могут затеять правящие круги США в западной части Тихого океана — у берегов Кореи, Китая, России или стран Юго-Восточной Азии.

Стремление США и Японии к расширению зоны своего военного сотрудничества не могло не вызвать тревоги и возражений в соседних странах Азии. Прежде всего настороженно отнеслось к этой затее правительство КНР. Свое несогласие с намерениями Вашингтона и Токио перенести военное сотрудничество в «окружающие Японию районы» с включением в эти районы Тайваньского пролива открыто высказало китайское руководство лидеру Либеральной партии Японии (одной из двух партий правительственной коалиции) Итиро Одзаве во время его пребывания в КНР в конце февраля 1999 г .

Вместе с тем шквал возражений встретили сторонники «Соглашения о новых направлениях американо-японского оборонного сотрудничества» в японском парламенте, без одобрения которого данное соглашение не могло вступить в законную силу. Принципиальными противниками этого документа выступили две партии парламентской оппозиции: Коммунистическая и Социал-Демократическая. В своих заявлениях компартия, например, называла соглашение «законопроектом войны». Как указывали депутаты парламента — коммунисты, «тыловое обеспечение», возложенное на японские Силы самообороны американцами, рассматривается в международных законах не иначе как разновидность военных операций, а участие в таких операциях означает поэтому не что иное, как «незаконное втягивание Японии Соединенными Штатами в открытую войну».

С рядом возражений по отдельным пунктам японо-американского соглашения выступили и две других оппозиционных парламентских партии: Демократическая партия и Новая партия Комэйто. Так, парламентские фракции этих партий настаивали на внесении в текст соглашения целого ряда поправок. В частности, оппозиция требовала, чтобы решению правительства Японии о начале «тыловых операций» по поддержке Вооруженных сил США, начавших военные действия, предше­ствовало одобрение со стороны японского парламента, а не просто извещение об этом парламента, как это записано в обсуждаемом законопроекте. Не устраивало оппозицию и слишком расплывчатое, а потому непонятное определение в правительственном законопроекте того географического района, на который распространяется действие соглашения. Требуя от правительства четкого определения зоны действия соглашения, оппозиция ставит министров кабинета в крайне затруднительное положение. Ибо сказать открыто, что Тайваньский пролив в эту зону не входит, они не могли, так как никто не поверил бы этой лжи, а признать честно включение Тайваня в эту зону было нельзя, так как это вызвало бы взрыв протестов в Пекине, рассматривающем Тайвань как неотъемлемую часть китайской территории. Противился премьер-министр Обути и выдвинутому оппозицией требованию внесения в соглашение пункта о необходимости предварительного одобрения Парламентом любых решений правительства о включении в совместные с США военные операции японских Сил самообороны. Было у сторонников скорейшего утверждения соглашения о направлениях совместного японо-американского военного сотрудничества и еще одно осложнение: весной 1999 г . в верхней палате парламента — Палате советников — правительственная коалиция не располагала абсолютным большинством голосов, что привело к серьезным задержкам в прохождении названного законопроекта через эту палату.

Протесты имели место и за стенами парламента. По сообщениям японской печати, к началу апреля 1999 г . резолюции о своем несогласии на расширение сферы участия Сил самообороны в совместных военных операциях с Вооруженными силами США вынесли муниципальные собрания более чем 150 японских городов. С требованиями отказа от совместных японо-американских военных операций выступил ряд профсоюзных объединений страны. А 3 апреля 1999 г . на центральных улицах Токио в районе парламента состоялась демонстрация противников названного законопроекта, в которой приняло участие около 700 человек.

Ну, а как реагируют на всю эту милитаристскую возню руководители КНР? Конечно, отрицательно. Будоражит к тому же руководителей и общественность Китая и еще один милитаристский замысел Пентагона. Речь идет о возобновлении в 1998 г . военными ведомствами США разработок так называемой «системы тактической противоракетной обороны», в которую, по сообщениям японской печати, они намерены включить и Японию. По замыслу разработчиков этой системы, для перехвата и уничтожения ракет противника на земную орбиту должно быть выведено большое число космических аппаратов, подающих сигналы ракетным установкам наземного и морского базирования. Цель создания такой системы состоит в том, чтобы обеспечить неуязвимость территории США, а также Японии и Тайваня от возможных ракетно-ядерных контрударов России и Китая.

Сегодня становится ясно, что Япония поддерживает этот замысел Пентагона. Управление обороны Японии еще в прошлом году направило правительству дополнительную заявку на выделение ему из японского государственного бюджета на 1999 г . 963 млн иен для начала совместных с США разработок упомянутой выше «системы тактической противоракетной обороны» (по-английски она именуется Theater missile defense или, сокращенно, TMD ).

Вот что писала по этому поводу газета «Джапан Таймс» в феврале 1999 г .: «В 1999 финансовом году, который начинается 1 апреля, Япония и США приступят к совместным разработкам «системы тактической противоракетной обороны», предназначенной теоретически для того, чтобы выслеживать и сбивать приближающиеся баллистические ракеты в радиусе 3000 километров». Там же указывалось, что на ближайшие 5—6 лет Управление обороны Японии собирается ассигновать на названные разработки 20—30 млрд иен.

Переход США и Японии к реализации планов создания ТМД неизбежно ведет к усилению гонки вооружений на Дальнем Востоке. По логике вещей подобные планы вынуждают и Китай, и Россию принимать адекватные меры по противоракетной защите своей территории, хотя это стало бы тяжелейшим, а скорее всего, непосильным бременем для бюджетов названных стран. Пока неясно, как собирается реагировать на все это российское правительство, — судя по всему никак, ибо администрацию Ельцина интересуют более всего проблемы сохранения своей власти внутри страны, а на все остальное она смотрит сквозь пальцы. А вот у китайского руководства воинственные замыслы Пентагона и его японских союзников вызывают серьезную обеспокоенность и нескрываемое возмущение. Особенно раздражает Пекин намерение американцев включить в свою противоракетную систему остров Тайвань, рассматриваемый как китайская территория.

Возникает вопрос, в какой мере упомянутые военные приготовления инициируются Пентагоном, а в какой правящими кругами самой Японии. Ведущая роль в этом деле принадлежит, несомненно, американским правительственным кругам, стремящимся к установлению своего единовластного диктата над всеми континентами планеты. Но нельзя сбрасывать со счетов и заинтересованность, по крайней мере, части правящих кругов Японии в безостановочном наращивании военной мощи своей страны. Об этом свидетельствуют решения недавнего заседания членов влиятельного объединения финансовых олигархов Японии — общества Кэйдзай Доюкай, выступающего в качестве неформального консультанта японского правительства по важнейшим вопросам экономики и политики страны. Так, 10 марта 1999 г . японская печать сообщила о том, что Кэйдзай Доюкай настоятельно добивается того, чтобы японский парламент твердо закрепил за Японией право на «коллективную самооборону», под которой имеются в виду прежде всего совместные японо-американские военные операции, предусмотренные соответствующей договоренностью двух стран. Требуя скорейшего утверждения парламентом упомянутой договоренности, лидеры Кэйдзай Доюкай намекают при этом в своих заявлениях на необходимость пересмотра нынешней мирной Конституции, с тем чтобы подготовить оборону страны к возможности возникновения «чрезвычайных ситуаций»". Единственным конкретным поводом для подобных воинственных настроений лидеров японского делового мира остается все тот же неудачный запуск КНДР своей баллистической ракеты, состоявшийся в августе 1998 года.

Пока в своих действиях и заявлениях японское правительство, как и в предшествовавшие годы, проводит курс на создание у японской и мировой общественности обманчивого представления о Японии как о некой кроткой и миролюбивой стране, неукоснительно соблюдающей записанный в ее Конституции запрет на создание в стране армейских вооруженных сил и ведение войны как средства решения международных конфликтов. Одним из способов навязывания общественности такого обманчивого имиджа служит, например, жестко соблюдаемая японскими офицерами и солдатами практика ношения своих военных мундиров лишь на территориях военных лагерей, казарм и подобных учреждений страны. В соответствии с этой практикой на улицах японских городов и поселков одетые в военную форму офицеры и солдаты японских Сил самообороны появляться не должны. По этой причине японские Силы самообороны могут быть названы «армией-невидимкой», присутствие которой в стране никому не мозолит глаза.

Невелика на первый взгляд и численность этой «армии-невидимки» — она колеблется в последние годы где-то в пределах 235—250 тыс. человек. По официальным данным, в 1996 году, например, численность Сил самообороны составляла 236 тыс. В том числе сухопутные силы насчитывали 148 тыс., военно-морские 43 тыс., а военно-воздушные 45 тыс.. Нет пока на вооружении этой армии и таких наступательных видов боевой техники, как ядерные бомбы, межконтинентальные ракеты, бомбардировщики дальнего радиуса действий и большие авианосцы.

Но в то же время по целому ряду других показателей боеспособности японские Силы самообороны уже сегодня превосходят большинство других армий мира. Как считают российские военные специалисты (В.Н. -Бунин), хотя по своей численности японская армия стоит где-то на 16-ой позиции в табеле иностранных армий, тем не менее по совокупной боевой мощи она уже в начале 90-х гг. вышла на 5—6 место в мире. Непрерывно улучшается и качество боевой техники, находящейся на вооружении Сил самообороны. В марте 1998 г . на воду был спущен первый японский мини-авианосец «Осуми», на борту которого будут находиться вертолеты и десантные суда на воздушных подушках. Этот корабль, как сообщала японская печать, способен принимать на борт тысячу морских пехотинцев-десантников и самолеты вертикального взлета"'. В марте 1998 г . японский флот пополнился подводной лодкой «Оясио» водоизмещением 2750 тонн, которая по своей величине значительно превосходит все другие японские подводные лодки. В 1995 г . Управление обороны Японии взяло курс на вооружение военно-воздушных Сил самообороны истребителями-бомбардировщиками нового поколения «141 FSX », производимыми на основе совместных японо-американских разработок на японских самолетостроительных предприятиях. Способность японских Сил самообороны к дальнейшему быстрому наращиванию боевой мощи подкрепляется увеличением бюджетных ассигнований Японии на военные цели. Бюджетные военные расходы Японии на протяжении минувшего десятилетия увеличивались из года в год. И это несмотря на прекращение «холодной войны» и уход со сцены Советского Союза, считавшегося в предшествовавшие десятилетия главным потенциальным военным противником Японии. Увеличение японских бюджетных военных расходов продолжается и по сей день. Если в 1990 г . бюджетные военные расходы составляли 4253 млрд йен, то в 1994 г . они составили 4638 млрд, в 1995 г . — 4734 млрд, а в 1996 г . — 4845 млрд иен. Рост этот подтверждается и предварительными данными статистики 1997 — 1998 гг. Вот уже несколько лет подряд по абсолютным размерам бюджетных военных расходов Япония стоит на третьем месте в мире после США и России, опережая и Францию, и Германию, и Англию, и Китай.

Однако большую ошибку допускают те эксперты, которые пытаются сопоставлять боевую мощь японских Сил самообороны с боевой мощью российских Вооруженных сил и делают выводы о том, что пока Россия в военном отношении превосходит Японию. Такое сопоставление неправомерно по той простой причине, что нынешнюю японскую армию нельзя рассматривать как некую обособленную, самостоятельную и самодовлеющую силу. Ведь за спиной японских Сил самообороны с самого момента их появления на свет постоянно находится гигантская военная машина США, подпирающая эти «силы» всей своей боевой мощью. Японскую армию следует рассматривать поэтому как составную часть американских Вооруженных сил, дислоцированных в АТР. Ведь именно об этом и свидетельствует японо-американское «Соглашение о новых направлениях американо-японского оборонительного сотрудничества», речь о котором шла выше.

Сегодня Силы самообороны Японии накрепко привязаны к военной машине Пентагона по всем параметрам: они расквартированы на территории Японии бок о бок с Вооруженными силами США и в ряде случаев пользуются одними и теми же полигонами, аэродромами и портами. У тех и других имеются фактически общие оперативные планы. Они проводят ежегодно совместные учебные маневры. Нет и не может быть никаких оснований предполагать, что японские генералы могут предпринять какие-то самостоятельные военные операции без предварительного согласования их с военным командованием США. А в соответствии с военными планами Пентагона, как говорилось выше, главными потенциальными противниками как Соединенных Штатов, так и Японии были, есть и будут в обозримом будущем либо Россия, либо Китай, либо КНДР. Не случайно, что с давних пор в ходе совместных учебных маневров американского и японского флотов отрабатываются операции на таких предполагаемых театрах военных действий, как Японское и Охотское моря, Камчатка, Чукотка, Сахалин и Курильские острова.

Ошибаются и те эксперты, которые исходят в своих расчетах из предпосылки, будто с берегов Японии как страны, многократно заявлявшей о своем безъядерном статусе, не может исходить угроза ядерного нападения на соседей. Безъядерный статус Японии — это миф, давно опровергнутый реальным ходом событий. Ведь дело в том, что на американских военно-морских базах, находящихся в Японии, включая Иокосуку, Сасэбо и Окинаву, базируются надводные и подводные боевые корабли США, имеющие на своих бортах ядерное оружие, но официально не извещающие об этом японские власти для того, чтобы не ставить последних в затруднительное положение и не вызывать протестов миролюбивой японской общественности. Никто из японцев не обладает сегодня правом инспекции военных самолетов США, базирующихся на японских аэродромах. Между тем, как это видно па примере других районов мира, многие из этих самолетов имеют на своих бортах различные виды ядерного оружия. Тем, кто тешит себя иллюзией о безъядерном статусе Японии, следовало бы давно с этой иллюзией расстаться.

История человечества свидетельствует, что чаще всего вооруженные конфликты между соседними странами вспыхивали по причине территориальных споров. К сожалению, территориальные споры между странами ведутся в Азиатско-Тихоокеанском регионе и по сей день. И вот что примечательно: именно «миролюбивая Япония» выступает главным зачинщиком этих споров. Общеизвестны незаконные и необоснованные притязания Японии на российские Курильские острова, которые именуются японцами «северными территориями». Мало известны, но тем не менее весьма показательны японские территориальные притязания на китайские острова Дьяою, расположенные к югу от острова Окинава. Присвоив этим островам название «Сэнкаку», японцы уже не раз вторгались на них (последний раз попытки захвата островов предпринимались в 1996—1997 гг.), что послужило причиной серьезных дипломатических осложнений между Японией и КНР. Претендует Япония также и на корейские острова Токто, находящиеся в Цусимском проливе. Сохраняя за этими двумя островками японское название «Такэсима» и утверждая, будто это «исконная японская территория», правительство Японии выступило в феврале 1996 г . с протестом против строительства на этих островах властями Южной Кореи причалов для рыбацких шхун своих граждан, что вызвало бурю возмущения в корейском политическом мире.

Посягательства Японии на территории соседних стран не выходили пока за пределы словесных перепалок и символических жестов недружелюбия. Но где гарантия, что эти перепалки и показывание кулаков своим соседям не окажутся в какой-то день и час искорками, способными разжечь в регионе пламя военных пожаров? Для безопасности региона любые территориальные домогательства в отношении соседей могут привести к непредвиденным осложнениям и потому заведомо противопоказаны, если думать о сохранении мира.

Все сказанное выше вовсе не означает, что угроза безопасности стран АТР исходит лишь от США и Японии. Есть, разумеется, и другие факторы, способные в перспективе спровоцировать возникновение военных пожаров в этом большом регионе. К ним относятся и чреватое военными столкновениями противостояние двух корейских государств: КНДР и Республики Корея, и незатухающий конфликт между Пекином и Тайбэем, и давняя китайско-вьетнамская вражда, и нерешенная проблема принадлежности островов Спратли и т. д. Но, упоминая обо всех этих опасных для дела мира на Дальнем Востоке локальных очагах конфликтов, не следует придавать им большую значимость, чем та потенциальная угроза миру, которую таит в себе военное присутствие США в Японии и Южной Корее. Это присутствие вдали от американских берегов скрывает за собой необузданное стремление американских правящих кругов к подчинению политики стран всего мира своим интересам — интересам американского империализма. Сегодня это марксистское понятие — империализм, почти забытое в последние годы, вполне отражает, на мой взгляд, подлинную сущность своекорыстной, бесцеремонной силовой политики, которая проводится Вашингтоном в интересах американской финансовой олигархии.

Конечно, наряду с упомянутыми выше угрозами миру на Дальнем Востоке дают о себе знать в том же регионе и факторы противоположного действия, сковывающие агрессивные поползновения правящих кругов США, уповающих на силовое решение спорных проблем.

Одним из таких факторов является наличие в России и Китае ядерного оружия, что в настоящее время не дает гарантии Соединенным Штатам остаться неуязвимыми и безнаказанными в случае непосредственного нападения на эти страны. При этом, в свете последних событий на Балканах, на ум все чаще приходит мысль: чем дальше увеличивается в пользу американцев разрыв между совокупной военной мощью США и России, тем настоятельнее становится необходимость сохранения в неприкосновенности ядерного потенциала нашей страны. Соглашение СНВ-2 было бы, может быть, целесообразным при сравнительном равенстве военных потенциалов наших стран. Сегодня же, когда военная мощь США многократно превышает военную мощь России, идти на дальнейшее ослабление и тем более уничтожение нашего ядерного щита становится преступлением и безумием.

Сдерживающее влияние на поборников использования американо-японского «договора безопасности» для дальнейшего подчинения стран АТР диктату США, для устрашения их теми жестокими мерами силового воздействия, которые применялись в отношении Югославии, будет оказывать, как и прежде, японская миролюбивая общественность. И военные эксперты Японии, и рядовые японцы хорошо понимают, что в случае, если американцы втянут их страну в какой-либо военный конфликт с соседями, в первую очередь пострадает от этих действий сама Япония, даже если в ходе этих действий и не будет применяться ядерное оружие. Чтобы понять это, достаточно посмотреть на карту — на ту ограниченную территорию Японских островов, на которой проживает сегодня 125 млн человек. Сегодня здесь находится 50 атомных электростанций, из которых более 10 расположены непосредственно на побережье Японского моря в пределах досягаемости даже тактических ракет, находящихся на кораблях и подводных лодках противника. Как показал печальный опыт Чернобыля, любое прямое попадание такой ракеты в одну из упомянутых атомных электростанций чревато губительными последствиями для населения окружающих районов. А бомбардировки и разрушения нескольких атомных станций были бы гибельны чуть ли не для всей Японии. Это подтверждают японские военные эксперты. Вот прогноз одного из бывших руководителей Управления обороны Японии Кацуми Такэока: «До тех пор пока японские атомные реакторы не изъяты или же не опущены глубоко под землю, атомная угроза Японии в случае войны будет чревата таким опустошением страны, что врагу не понадобится десантироваться на японских берегах. И это случится независимо от того, как бы решительно ни боролись с врагом японские Силы самообороны. На этой «оптимистической ноте», может быть, и стоило бы остановиться. Раздумья господина Такэока ясно говорят о том, что сегодня при всей своей военной мощи Япония к войне с Россией и Китаем не готова ни физически, ни морально. Но беда, к сожалению, кроется в другом: в том, что и в Западной Европе, и на Дальнем Востоке последнее слово в решении вопросов войны и мира остается сегодня за Пентагоном. Именно об этом говорит трагический ход событий на Балканах.

 

У вас недостаточно прав для того, чтобы оставить комментарий.

Научный баннерообмен

Координаты

Телефон: 7(495) 625-2942
7(495) 625-3694;
e-mail: info@vostokoved.ru
okpmo_ivran@mail.ru

103777, Москва
ул. Рождественка, 12
кк. 316, 319, 330, 332

Институт востоковедения РАН

Проезд: метро "Кузнецкий мост", далее пешком 3 мин. по ул. Рождественка в сторону Рождественского бульвара и Трубной площади.